Увы, увести разговоры в сторону не получилось. Скорее, наоборот. Мои потуги перевести беседу в другое русло Рейну лишь раззадорили. Так что, хочешь не хочешь, пришлось признаваться. Конечно, не в том, что я из другого мира. Нет. А в том, что уже имею опыт «кройки с шитьём».

Про карманы сказал, что идея пришла мне в голову, когда я гостил у Алмы. И что потом опробовал эту идею на своей куртке, а чтобы сохранить её в тайне, наложил на куртку руны «иллюзии». Что, как создаётся одежда, успел подсмотреть у всё той же Алмы и именно она научила меня основным приёмам. Но шить, как другие, я всё равно не умею, потому что не шью, а склеиваю, и в этом надо сказать спасибо не мне, а рунному артефакту, найденному в сокровищнице пустоградского магсовета…

Рей слушала меня очень внимательно, вопросов не задавала, однако я чувствовал: она понимает, что её спутник что-то недоговаривает. Говорить ей, что я из другого мира, казалось мне верхом безумства: наверняка решит, что я над ней издеваюсь. А если об этом не говорить, то… надо сказать другое. То, о чём не упомянул, когда мы обменивались информацией, что было, когда я и Аршаф убыли из Пустограда искать союзников.

— Прости, я не объяснил, как узнал, что ты в Сежеше.

— А разве не помощью руны «познание»? — подняла бровь собеседница. — Ты же мне её сам показывал.

Я покачал головой:

— Нет. Просто сейчас зашёл разговор про портновское дело… Короче, я это считал несущественным… В общем, когда я зашёл в Шумелки, людей там уже не осталось.

— Это понятно, — кивнула Рей. — Имперцы всегда так делают.

— Я знаю. Но дело всё в том, что… одного человека в деревне я всё-таки встретил…

Про девочку Райму, как она помогла мне в поисках, как кроил ей новый наряд заместо старых обносок, как отвёл её к родственникам, как обнаружил в ней дар, я рассказывал минут десять, в подробностях, ничего не утаивая. Даже не знаю, почему не сказал о ней сразу, когда говорил о Шумелках, рейде в лагерь имперцев, а потом в Сежеш. Меня тогда будто бы что-то остановило. Что-то «потустороннее», словно тот же «погонщик» из-под горы, выставляющий условия сделки «я помогу исполнить желание, а ты взамен будешь делать то-то и то-то и не будешь того и того».

Рей слушала мой рассказ о юной волшебнице ещё внимательнее, чем предыдущий о портняжных успехах. Ни разу не перебив и не пытаясь уточнить «непонятности».

— Знаешь, Дим… — сказала она, когда я умолк, — ты поступил абсолютно правильно, но… в Шумелки я тоже отправилась… не просто так… Меня туда что-то тянуло, и, подозреваю… это было связано с девочкой.