Парни из команды уже активно обсуждали детдомовцев, и почти у всех нашлась какая-то история. Кто-то учился с сиротой, кто-то дружил. И не было в их голосах ни капли осуждения или презрения. Я ловила обрывки фраз, но услышала главное — им плевать на то, что человек вырос в другом мире.

Я так боялась, что правда вылезет наружу, и вот это случилось. Но мир не рухнул. И люди, окружающие меня, не изменились. Ничего не изменилось, и весь мой страх ушел, оставив после себя облегчение.

И я успокоилась. Убивать больше не хотелось, как и показывать блондинке свою реакцию. Оставался только вопрос.

— Откуда она знает? — тихо спросила я и посмотрела на каждого из братьев.

Я не верила, что это они рассказали, и впервые пришло понимание, что научилась доверять им. Каждому из них.

— Скорее всего, через куратора, — сказал Марк. — Он недавно собирал сведения о семьях, и Полина помогала ему.

— Это не мы, — сказал Матвей.

— Я знаю, — быстро ответила я.

Я верила ему. Верила этим глазам, которых совсем недавно боялась. Он смотрел на меня с такой нежностью, что внутри все перевернулось. Матвей не стыдился меня. Никогда не стыдился.

— Ну вы долго там стоять будете? — возмущался Мишка. — Пицца сама себя не съест.

Я опустила напряженные плечи, шепотом произнесла «спасибо», и братья расступились. И хотя внутри еще скребли кошки, я не боялась. На мне не появилось клеймо, никто не отодвинулся и не стал смотреть с презрением. Меня еще ждало возвращение в общагу и завтра на уроки в группу, где наверняка найдутся желающие посмеяться над сиротой. Но сейчас я сидела в компании своих людей, и думать о завтрашнем дне мне совсем не хотелось.

Матвей прогнал Марка и сел рядом со мной. Взял мою руку и, сжав пальцы, положил к себе на колено. Сделал это легко, не посмотрев на меня, но оставляя мне возможность отнять руку. Внутри приятно затрепетало, и я сомкнула свои пальцы. Я не знала, что это значит, но была так благодарна Матвею за поддержку, за то, что он рядом, не стесняется ни меня, ни моего статуса. Мне нравилось держать его теплую, большую руку, чувствовать ее надежность и готовность защитить от любой беды. Матвей не делал из этого что-то особенное, но таким простым жестом он показывал самое главное: свое присутствие рядом, свою поддержку. Он не только держал меня за руку, он удерживал меня от падения в бездну, в которую я бы точно нырнула без братьев.

Парни уже перестали мусолить тему детдома, и снова погрузились в обсуждение соперников. На веселой ноте мы доели пиццу, допили колу и отправились по домам. Тимур вызвался отвезти хромого Леньку, и мы поехали все вместе.