— Даже та-ак… — затянул «Железный Шурик».

— Именно. Гречко по характеру своему — надменный самодур. Ему нравится обращаться к Брежневу, как к своему подчиненному, которым тот и был в войну, а Ильич бесится! Вот и предложите Лёне поднять статус. И не просто, а вдвое! Пусть станет и Главнокомандующим, и Председателем Президиума Верховного Совета, заодно убрав Подгорного, который чванливо именует себя «Президентом СССР»…

Я говорил и говорил, посматривая по сторонам, но никто не заглядывал в скверик, кроме козы, мирно хрупавшей травку.

Минут через пять «подвел черту», собрал чемоданчик и удалился, не забыв запереть телефонный шкаф.

Суббота, 16 июня. День

Дровненский район, стрельбище ДОСААФ

Инструктор наш отзывался на «Макарыча», и выглядел дачником-пенсионером, лысоватым и располневшим, но армейская выправка в нем чувствовалась.

— Если решили зверя бить, — сказал Макарыч с убеждением, — то начните со «светки»!

И вручил нам с Марленом винтовки СВТ, потертые, но справные. Мои губы дернулись в усмешке. Знал бы ты, товарищ инструктор, на какого зверя мы собрались охотиться…

Стрельбу я любил, даже второй юношеский заработал в старших классах. А бро и вовсе в погранцах служил, там кого хочешь научат метко попадать.

Но мы стойко держались легенды: хотим, мол, в отпуске поохотиться всласть, да не в нашей лесостепи, а в северных лесах.

— К барьеру! — ухмыльнулся Марлен, и лег на подстилку. Поерзал, устраиваясь, глянул в ПСО-1. — Оптика — так себе, но это фигня. Главное — навык!

Я кивнул, укладываясь рядом на брезентуху. Было мягко, а вот мишени еле виднелись вдалеке, белыми мазочками выделяясь на фоне земляного вала, поросшего травой. Сто метров, однако.

Прицел резко приблизил расчерченный окружностями лист.

СВТ — оружие простое, хоть бойцы перед войной и ворчали, жалуясь на капризную «светку». Не примитивное, как ППШ, а именно простое, без наворотов. Орудие убийства.

Лишь бы правильно выставить — и хорошо вычистить! — газовый регулятор, да чтоб магазин нормально работал. И — огонь по врагам рабочего класса!

Выстрел меня оглушил — в ушах звенело, но мощный патрон услал пулю, куда положено — во-он, вроде, дырочка на «восьмерке»… И отдача совсем слабенькая!

Марлен выстрелил дважды.

— Я один раз по воде из такой попал! — громко заговорил он, тоже, видать, оглохнув. — Пуля фонтан подняла метра на три!

Мы отстрелялись в упоре лежа, с колена и стоя, по обычным и ростовым мишеням.

— Надо наушники выпросить на Ремзаводе, — сказал Марлен, разбирая винтовку на столе под навесом. — А то весь день звенеть будет.