—И тем не менее ты не испугался и готов был погибнуть, чтобы спасти нас, —тихо возразила я и снова, подвластная очередному порыву, подалась к нему, взяла за руку. —Сумасшедший...

Он осторожно сжал мои пальцы.

—Скорее это вы, леди Ван’Роэль, немного безумны. Решили остаться, чтобы погибнуть со мной за компанию... Но я рад, что могу снова тобой любоваться. Снова слышать твой голос и... чувствовать тебя рядом.

Он сказал это тихо, почти шёпотом — и в этих словах не было ни бравады, ни привычной иронии. Только искренность, от которой внутри что-то болезненно сжалось и тут же сладко отозвалось в каждой клеточке моего тела.

Рейнмар потянул меня за руку, побуждая из кресла переместиться на край кровати. Скользнул пальцами по моей кисти, запястью, нежно лаская, а потом подался ко мне. Без резкости, без напора. Сначала — лишь сокращая расстояние, давая мне время отстраниться, если захочу. Почувствовала его дыхание — тёплое, чуть неровное, услышала, как он задержал его на мгновение и… не отстранилась.

Когда его губы коснулись моих, мир словно замер. Поцелуй был осторожным, почти невесомым, будто вопросом: можно? И я ответила: сначала так же робко, несмело, но уже через мгновение позабыла о робости и смущении.

Его ладонь скользнула к моей щеке, пальцы запутались в волосах. Поцелуй стал глубже, увереннее. Не жадным — нет. Бережным... Таким, в котором было всё: пережитый страх, недосказанные чувства, благодарность за то, что мы живы… И то, что желали друг друга куда сильнее, чем готовы были признать.

У меня закружилась голова. Не от слабости — от него. От его близости, от чувств, которые до этого никогда не испытывала. Отношения с Вадимом, другие увлечения — всё это вдруг показалось каким-то смешным, фальшивым. Не стоящим даже моих воспоминаний...

Сейчас мои мысли и чувства были сконцентрированы на этом мужчине. Я наслаждалась каждой секундой и безумно не хотела, чтобы они заканчивались...

Когда мы всё-таки оторвались друг от друга, между нами повисла тишина: уютная, обволакивающая.

Рейнмар коснулся лбом моего лба и едва слышно выдохнул:

— Я давно хотел это сделать.

Я прикрыла глаза, позволяя себе короткую улыбку.

— Я знаю, — ответила тихо.

И тут же вздрогнула, когда в дверь тихонько постучали.

— Войдите, — поспешила вернуться в кресло.

Вовремя. Дверь осторожно отворилась.

Думала, это Хельга вернулась, чтобы проконтролировать, выпил ли настойку её подопечный, но оказался Дрейв. Угрюмый и напряжённый.

— Леди, там какой-то мужчина.

Я нахмурилась и спросила:

— У ворот?

Неужели ревизор? Но месяц ещё не прошёл. Дом не готов, и я тоже толком не успела подготовиться.