— Проклятый ублюдок!

Аргейл опустился передо мной на колено. Схватил за волосы, заставляя запрокинуть голову. Я видела, как лезвие приближается к моему горлу.

Секунда. Ещё одна. Почти ощутила прикосновение стали. Почти испытала боль рассекаемой раны.

И вдруг…

Из коридора раздался грохот. Топот и крики.

— Полиция! Не двигаться!

Дверь распахнулась. В комнату ворвались люди.

Меня ослепило светом фонарей, оглушило звоном клинков. Не сразу открыла глаза. Не сразу поняла, что первым в этот ад ворвался...

Рейнмар.

Валериан, похоже, тоже растерялся. Не ожидал, что кто-то осмелится прервать его в такой ответственный момент. Только дети почему-то, вместо того чтобы остолбенеть, оттолкнули своих мучителей и стали одну за другой задувать чёртовы свечи. Втроём справились за считаные секунды. Комнату тут же наполнил едкий, удушливый дым.

Один из полицейских бросился открывать окна, двое других ринулись к старшему Аргейлу. Тот уже успел подняться и даже предусмотрительно спрятал нож. Жаль, не увидела, куда его сунул. Подобравшись, он с вызовом бросило полицейским:

— Какое вы имеете право врываться в мои владения ночью?! Пошли вон!

Ого! Я как сидела на полу, так и осталась сидеть, огорошенная столь наглым ответом. Полицейские, казалось, тоже растерялись. Остановились, так и не приблизившись к мерзавцу.

— Вы хоть знаете, кто я?!Я...

— Ты — блюдок, не погнушавшийся тёмной магией, чтобы отнять то, на что не имеешь права! — резко перебил его Рейнмар.

Подойдя ко мне, он протянул руку, чтобы помочь подняться. Его ладонь была тёплой и сильной, и эта сила как будто бы передалась и мне. Несмотря на туман в голове из-за дыма, я легко встала на ноги, а заглянув Рейнмару в глаза, вдруг ощутила себя в тёплом коконе безопасности.

Валериан тем временем уже оправился от неожиданности. Даже в полумраке погасших свечей было видно, как ярость и досада исказили его лицо.

Он расправил плечи и с вызовом заявил:

— О какой магии речь? Я просто проводил романтический вечер с женой! В этом нет ничего крамольного!

— Леди Аргейл, — обратился ко мне один из полицейских, оглядывая комнату и дымящиеся свечи, — вы можете это подтвердить?

Я уже открыла рот, собираясь сказать всё, что думаю о подобных «романтических вечерах», но мерзавец «муж» оказался быстрее:

— Моя жена позволила себе за ужином лишнего и, боюсь, плохо сейчас соображает. Её словам нет веры. — Он ядовито усмехнулся: — К тому же даже если вы окажетесь настолько дураками, что поверите её сказкам, супруга не имеет права свидетельствовать против мужа.

Я смотрела на старшего Аргейла и не могла поверить. Наглость этого человека не имела предела. Вдруг захотелось броситься на него. Вцепиться. Ударить как можно сильнее!