— Отпусти меня!
Я рванулась было прочь, но он уже тащил меня в центр огненного рисунка. Пламя свечей вспыхнуло ярче, почти ослепляя. Словно только того и ждало.
— Ты сама запустила всё, — продолжал с хриплым торжеством. — Спасибо за помощь, дорогая. Мне вообще не пришлось стараться. Ну а теперь... время для самого приятного.
— Пошёл ты…
Договорить я не успела. Он грубо швырнул меня на ковёр. С такой силой, что на какое-то мгновение даже воздух из лёгких выбило. Над головой взметнулось пламя свечей, и вдруг из огня начал подниматься густой дым.
Чёрный.
Тяжёлый.
Он потянулся ко мне, словно живой. Сначала коснулся плеч, потом груди... Будто пытался впиться в кожу.
Я закашлялась, почти задохнувшись этим дымом.
— Теперь ты снова моя, птичка, — сказал Валериан, победоносно надо мной нависая.
Урод!
Какой же он урод!
— А скоро моей станет и твоя сила!
Он демонстративно потянулся к шнуровке на штанах, не оставляя сомнений в том, что должно было за этим последовать.
Мир вокруг будто замедлился.
— Нет! — я попыталась оттолкнуть его, ударить ногой.
Он снова схватил меня, прорычал:
— Держите её!
Громилы тут же рванули вперёд, ко мне. Схватили, сжали мои запястья с такой силой, что даже удивительно, как кости не затрещали.
Один урод прижал мои руки к полу, другой сдавил плечи.
— Пустите! — закричала я.
Рванулась.
Снова.
И снова.
— Отпустите меня!
Но твари держали крепко. И наравне со своим ублюдком-хозяином кайфовали от всего этого.
— Магию призови, — усмехнулся Валериан. — Может, тогда получится спастись...
Можно подумать, я не пыталась... Концентрироваться. Почувствовать силу.
Позвать её.
Но…
Ничего.
Чувство такое, будто внутри меня выжженная пустошь.
Раньше в момент опасности сила приходила сама. Я даже понять ничего не успевала, а она меня уже спасала. Но сейчас... Казалось, я опустела. Лишилась наследия Ван’Роэлей.
— Не получается? — почти ласково спросил Валериан. И наклонился ближе, чтобы прошептать: — Конечно, не получается. И не получится. Свечи эти я купил не на ярмарке. Подготовился заранее... Но можешь продолжать стараться. Это тебя будет отвлекать. — Он кивнул на ядовитые языки пламени, дрожащие над чёрным воском. — Они тянут из тебя магию. И не погаснут, пока не вытащат всё до последней капли.
В отчаянье и ярости плюнула в ненавистную рожу. Снова дёрнулась. Сильнее. Отчаяннее.
Со всей своей ненавистью.
— Теперь понимаешь? — прошептал он, медленно вытирая щёку. — Ты беспомощна, Элиана. Не сопротивляйся. Будет не так больно, а может, даже станет приятно.
Ухмыльнувшись, отчего меня затошнило, он грубо задрал мои юбки. Рванул за тонкую ткань нижнего белья.