— Мейр Гартен? — Я нахмурилась, стараясь за гримасой недовольства спрятать быстро нарастающую тревогу. — Что вы здесь делаете? Да ещё и так рано.

— Прошу меня простить, леди Ван’Роэль, — великан склонил голову, но без особого почтения. И тут же резко добавил: — Я приехал за своим воспитанником. Приведите сюда мальчишку!

На какое-то мгновение я опешила. Откуда он узнал?! Нигде же на воротах нет вывески: «Здесь прячется беспризорник».

Что это вообще такое?!

— Не понимаю, о чём вы, — взяв себя в руки, произнесла как можно спокойнее.

Здоровяк шагнул к воротам и ухмыльнулся:

— Так уж ли? Не понимаете?

— Не понимаю.

Он извлёк из нагрудного кармана сюртука часы... нет, компас! Одним движением пальца откинул крышку и заявил, глядя на глянцевую поверхность прибора:

— Тогда вам стоит быть благодарной, леди. За то, что мы вовремя прибыли. Видите ли, Том уже не ребёнок, а взрослый парень. И может быть опасен. Если он пробрался к вам тайком, то одному богу известно, что задумал этот душегуб. Поверьте, я знаю, о чём говорю. — Хозяин приюта попытался изобразить скорбное выражение, но получилась уродливая гримаса, пронизанная фальшью. — Впустите, и мы с ним разберёмся.

Я покачала головой.

— Этот парень... Том... никак не может быть в Грейсхольме. Я его не впускала, а дом незнакомцев не принимает.

— Но артефакт показывает... — начал было Гартен.

Я перебила:

— Артефакты могут ошибаться. Ищите своего взрослого парня в другом месте.

Я напряглась и даже испугалась, когда этот упрямец рявкнул:

— И всё же позвольте лично убедиться, что этот щенок не здесь! Я и мои люди...

Такие же громилоподобные бандюги.

— Мы всё осмотрим.

— Вас дом тоже не впустит.

Признаться, я и сама в это не верила. Рейнард, например, сумел пройти за ворота, а Том и вовсе проник на кухню. Может, истории про то, что Синие Дубы не пускают чужаков, — вымысел? Поймав взгляд одного из верзил, задержавшийся на вырезе моего платья, невольно сжалась. Но не от холода —от страха. Я одна, их трое. Поблизости ни души, и некому будет прийти мне на помощь. Разве что сумеречные... Но они непредсказуемы, и было бы глупо полагаться на призраков.

— Разрешите попробовать, — нагло вякнул Гартен.

— Не разрешаю!

В ответ он лишь криво усмехнулся и резко, почти яростно толкнул покосившиеся ворота. У меня аж сердце в груди ёкнуло. И тут же вырвался вздох облегчения. Негодяй вскрикнул, отдёрнул руку, словно его ударило током. И... снова попытался, на этот раз навалившись на стальные прутья всем своим немаленьким весом.

И секунды не прошло, как стало ясно, что погорячился. Тело буквально прошило магией, как электрическим разрядом. Его спутники с опаской попятились; Гартен, отлипнув от ворот, пошатнулся.