Имя его она произнесла с какой-то не то горечью, не то жалостью.

А я медленно кивнул, осознавая, что она просто хочет закрепить за собой доступ к тому, что дает мне силу. Пусть еще и не знала, что именно. Она ценила выгоду превыше мастерства. Это было опасное положение, фактически я становился её подчиненным, а не партнером. И это, в свою очередь, накладывает на меня кучу других ограничений и, что еще хуже, обязательств. Только вот… в голове снова пронеслись слова Марвина «Лира столько не протянет», и я тяжело выдохнул, затем посмотрел в серые, уставшие глаза Нагии.

— Я согласен, госпожа, — произнес я серьезно.

— Учти, Тинг, — указала она на меня пальцем, и в её глазах промелькнуло нечто пугающее. — Если ты не справишься или твой чай окажется бесполезной бурдой, то алхимики из Совета тебе не понадобятся. Я лично раздавлю и тебя, и твою лавку.

Воздух вокруг неё на мгновение стал невыносимо горячим, как в комнате Лиры во время приступа, только во много раз сильнее. Кожу на лице стянуло, в легкие словно огонь хлынул, и даже, кажется, волосы на голове затрещали. Я невольно сделал шаг назад и закашлялся, хватаясь за горло, но вспышка жара исчезла так же быстро, как и появилась.

Выпрямившись, я сглотнул и потер грудь. Опасная она женщина. Очень опасная.

— Через два дня принесешь мне десять бурдюков, — продолжила она как ни в чем не бывало. — Пять с одним сбором, пять с другим. Тогда и заключим контракт. Можешь идти.

Я кивнул и, сделав пару шагов спиной назад, развернулся к выходу, но вдруг замер на месте, осознав одну простую вещь — у меня нет столько тары.

— Госпожа Нагия, — обернулся я, — в счет будущих партий, не одолжите ли вы мне эти самые бурдюки?

* * *

Я возвращался к лавке по старому тракту, и тяжелый мешок с пустыми бурдюками Нагии ощутимо оттягивал плечо, натирая кожу через тонкую ткань рубахи.

Старый тракт за последние дни заметно ожил, и теперь по нему постоянно двигались ватажники в запыленных плащах, хмурые сборщики с полными корзинами за спиной и мелкие торговцы, которые стекались с округи на городские рынки.

Я шел краем дороги, стараясь не попадать под колеса редких телег, и почти не обращал внимания на прохожих, потому что и они не видели во мне ничего, кроме обычного подростка с ношей.

В голове я прокручивал разговор с Нагией и понимал, что у меня наконец-то появилась реальная поддержка, ведь за её спиной стояли не только деньги, но и серьезная сила. Конечно, она лишь предложила вариант сотрудничества, однако для меня это уже было огромным шагом вперед, и теперь оставалось лишь делом доказать ей, что от моего ремесла будет настоящий толк.