Варг хрипло рассмеялся. А я мысленно скрипнул зубами от досады. Мне бы такой чуткий нос, как у этого громилы.

— Просто бодрящий чай, — соврал я, стараясь не выдать своего волнения.

— Черт с тобой, щенок, — отпрянул он от стойки. — У тебя пять минут. Если не успеешь, я спалю тут все до основания.

Я благодарно кивнул и нырнул за дверь в комнату Лиры, где протяжно выдохнул.

Меня, как и утром, обдало волной невыносимого жара. Взгляд сразу же споткнулся о разбитый кувшин. А рядом с ним… мое сердце болезненно сжалось. Лира в бреду вдребезги разбила бесценное снадобье Марвина. И теперь светлая лужица медленно впитывалась в доски.

У меня внутри возникла тревога, но я удержал себя в руках.

Пусть лекарства больше нет, но… если я все правильно начал понимать, то, возможно, мой Отвар Укрепления поможет ей, как и мне. И неважно, что мой собственный Родник без него снова начнет терять энергию, приближая остановку сердца. Я не мог позволить умереть этой сильной, но больной девочке на моих глазах. А если Отвар не поможет, то тогда я побегу за Марвином. Иного выбора нет.

Я присел возле Лиры и поставил рядом кувшин с водой. Жар ударил в лицо с новой силой. Одно узкое окно совсем не справлялось с духотой.

Лира бредила и крутила головой из стороны в сторону. Ее коса совсем растрепалась, а пересохшие губы непрестанно шептали:

— Брат… прости… я виновата… прости…

— Тихо, тихо, — прошептал я, поглаживая ее по голове.

Затем аккуратно напоил ее прохладной водой, а после сменил высохший компресс. Но это не особо помогло.

Отвар. Нужен отвар. Это единственный шанс.

Я выскочил из комнаты и бросился к очагу. Варг проводил меня внимательным, изучающим взглядом, но на удивление промолчал. Он явно не так прост, как кажется с первого взгляда. Зачерпнув в чистую пиалу зеленоватой жидкости, я отметил, что в котелке осталось еще на пару порций, и вернулся к Лире.

Приподняв ей голову и приговаривая «Это лекарство, дорогая, пей, тебе полегчает», заставил по одному маленькому глотку выпить терпкую жидкость. И стал ждать.

Не сразу, словно нехотя, но отвар подействовал в связке с прошлым лекарством. Через пару минут Лире действительно стало легче. Жар стал спадать, хотя и не ушел до конца. Дыхание её выровнялось.

Вдруг ресницы ее дрогнули. Она приоткрыла замутненные глаза, с трудом сфокусировалась на мне и едва слышно прошептала:

— Спасибо, брат…

Ее веки снова опустились, и она провалилась в сон. А мне стало совсем не по себе. Она ведь не знала, что ее брат мертв, а его тело занял чужак.

Я откинул эти мысли прочь. Уже ничего не изменить. Главное, что отвар действительно помог. Значит, мое ремесло еще пригодится.