Затем стал думать. Названия растений в этом мире, как я понял, чаще говорящие. Значит, Стальной Ржаник — очень прочный? Наверняка. Для его добычи понадобится либо острый нож, либо лопатка, чтобы выкопать вместе с корнем. Но у меня только зазубренная кухонная заточка. Я хмыкнул. Придется брать упорством.

У Минка был бурдючок на поясе. Порывшись под стойкой, я отыскал два таких же. Тщательно сполоснул, набрал в один воды и кинул в сумку.

Теперь немного еды. Вяленое мясо я брать не стал. Вдруг звери учуют запах даже сквозь специи? Лучше перестраховаться. Вместо этого я ссыпал в льняной мешочек пару вареных яиц и несколько твердых сухарей.

Что там еще? Я вспомнил свои давние экспедиции. Теплых вещей у меня нет. Оружия нет. Огонь? Я отыскал местные «спички» в виде огнива и куска кремня. Теперь… лекарства.

Взгляд упал на два заветных керамических пузырька с Отваром Укрепления. Взять один? А если не вернусь? Двух порций Лире наверняка хватит до визита Марвина. Но… что толку? Старик уже ясно дал понять, что не станет возиться с Треснутой. Нет. Я должен вернуться.

Я уверенно взял оба пузырька. Один обмотал чистой тряпицей и спрятал во внутренний карман сумки, второй оставил в руке. Захватив еще пустых мешочков и баночек для сбора трав, направился в комнату сестры.

Лира не спала и лежала на боку, листая какую-то потрепанную книжицу со стертым переплетом.

Засунув книгу под лежанку, она медленно села.

— Ты снова куда-то собрался, — поджала губы, когда заметила сумку у меня через плечо.

— Я быстро, — добродушно ответил я. Затем поставил пузырек с Отваром поодаль от циновки, чтобы она случайно не разбила его как прошлый. — Вот лекарство. Если станет хуже, то сразу пей. Поняла?

Я строго посмотрел в ее удивительно светлые и живые глаза, ожидая подтверждения. Она в ответ упрямо уставилась в мои. На несколько секунд повисло напряжение, но потом Лира отвела взгляд и устало кивнула. Да… видимо, Тинг никогда не был так настойчив и по-доброму суров. Мой прокол, но я не мог себя переиначить.

— Я скоро, — повторил я и развернулся.

Но у выхода из комнаты меня догнал стальной, звенящий от напряжения голос Лиры.

— Если вернешься с новой раной, то в следующий раз за травами пойду я. А ты узнаешь, что значит ждать.

Я мгновенно понял — эта может, несмотря на свою худобу. Поэтому серьезно кивнул, заметив блеск огня в ее янтарных глазах, и закрыл за собой дверь.

Стоило мне выйти на улицу, как в лицо ударил сильный, пьянящий поток ветра. На миг мне даже показалось, что я вижу в нем завихрения энергий. Но в глаза бросился заросший, захламленный двор. Как вернусь, надо будет привести его в порядок, прочистить дымоход и убраться в лавке.