Раньше-то какого залетного гостя пощипать страшновато было — родственники да друзья, если случались у бедолаги, окрестности только что лопатами не перекапывали. Пару раз едва не нашли добычу.

А сейчас! Черный Валет, он по всему Лондону гуляет, так что нечего народ беспокоить, виновный только в том, что живет в районе, где того человечка прибили. Ищите в другом месте! И ищут, и будут искать до второго пришествия. А всего-то и надо — нужную карту на труп бросить.

Впрочем, мысли мыслями, а отвлекаться нельзя. Вон двое разорались, за грудки схватились, вот-вот кулаками махать начнут.

Быстрый взгляд в подсобку, где расположились детинушки, а тем и объяснять ничего не надо. Вышли в зал, привычно растащили буянов, усадили на скамьи и показали могучие кулаки. Этого всегда хватало — получить такими по морде желающих ни разу не нашлось.

Вот и на этот раз все тут же успокоились.

Скрипнула дверь, звякнул привязанный к ней медный колокольчик, возвещая о прибытии еще одного посетителя.

Среднего роста, вроде бы черноволосый. Впрочем, в сумраке харчевни масть не очень-то и разберешь, но это и не важно. Главное — одежда неброская, но добротная. Шпаги нет, значит, не дворянин. Немолод, но крепок и, судя по походке, ловок. Взгляд твердый, почти властный, однако и некая неуверенность в нем проскальзывает. Знакомая неуверенность — так смотрят недавно приехавшие в столицу либо провинциалы, либо иностранцы.

Этот, скорее всего, иностранец. По крайней мере, таких дурацких беретов, как на посетителе, на Острове не носят. Лишь на западе Галлии, по слухам, держится такая мода.

— Трактирщик, я голод. Свинина и вино!

Точно, иностранец. Ладно, лишь бы деньги были.

— Два шиллинга, — заломил невиданную цену хозяин и для верности показал два пальца.

Незнакомец растерянно поморгал, потом залез в увесистый кошель и вынул два пенса.

— Нет, не пенсы, не это. Шиллинги.

Гость помялся, даже собрался уходить, но в какой-то момент передумал и сделал немыслимое — протянул кошель, предлагая выбрать нужные монеты. Хозяин взял его в руки, раскрыл… и растерялся. Нет, там не было золотых монет. Ни гиней, ни соверенов. Зато он был полон серебра. Шиллинги и гроуты, пенсы и фартинги сверкали и мелодично позвякивали в руках человека, страшно не любящего с ними расставаться.

Однако пришлось. Взять плату, а остальное вернуть. Через силу, но с обязательной приторной улыбкой.

И как только гость направился в угол харчевни, где стоял свободный стол, трактирщик щелкнул пальцами и взглядом указал на него вышибалам. Действительно, иностранцу ходить по ночному Лондону с кошелем, туго набитым деньгами, это как минимум хамство. А точнее — наглый вызов устоям общества полусвета. Такое следовало пресекать при первой же возможности, пока другие не подсуетились.