В этот момент в дверях показались Яська и заспанный Упырь, а следом за ними просочился Кот.
Зембицкий бегло осмотрел культю Яськи, отмахнувшись от его нытья про то, что под бинтом зело чешется, и переключил все внимание на Упыря. Тот протянул перебинтованную руку, стараясь не смотреть. Доктор размотал бинты, пощупал суставы, заставляя парня шипеть сквозь зубы от боли.
— Ну что, голубчик… — произнес доктор. — Рана затягивается чисто. Кость цела, тут без сюрпризов. А вот сухожилия, как я тебе в прошлый раз и говорил, повреждены изрядно.
Упырь мрачно кивнул. Он уже знал свой приговор, но втайне все же надеялся на чудо. Чуда не произошло: указательный и средний пальцы торчали деревянными колодами. Он затравленно переглянулся с Котом.
Я прекрасно знал, о чем они сейчас думают.
— Совсем безнадега, доктор? — глухо спросил Кот.
— Я врач, а не Господь Бог, чтобы мертвые ткани живой водой кропить, — жестко отрезал хирург, но, заметив отчаяние парня, все же смягчился. — Однако крест на руке ставить рано. Слушай сюда, юноша. Будешь делать ванночки с теплой водой. Распаривать кисть и через боль разрабатывать пальцы. Гнуть, тянуть, массировать. Каждый день, до седьмого пота.
Упырь поднял на него недоверчивый взгляд.
— Если лениться и жалеть себя не будешь, — веско добавил Зимбицкий, — глядишь, со временем подвижность и вернется. Может, монеты в воздухе ловить не сможешь, но нормальный хват восстановится. Понял меня?
Упырь слабо кивнул, в его глазах блеснула крохотная искра надежды. Это было лучше, чем остаться калекой навсегда.
В лазарете повисла тишина. Зимбицкий, закончив с перевязками, застегнул саквояж и повернулся ко мне.
— Кстати, об операциях. Рябой ваш тоже идет на поправку. Выкарабкался. Но, как только встанет на ноги, каторга не за горами.
Я кивнул, переваривая информацию. В голове шел напряженный мыслительный процесс. Да, я планировал навестить Пелагею и узнать про того самого загадочного чиновника, о котором она упоминала. Но полагаться только на бабу и какого-то продажного бюрократа было глупо. Если чиновник даст заднюю или запросит немыслимую сумму? Нет, мне нужен был запасной вариант. Надежный. Мой собственный План Б.
Я посмотрел на Зимбицкого.
— Иван Казимирович. — Я подошел к нему вплотную и понизил голос так, чтобы слышали только мы вдвоем. — Вы человек смелый, не робкого десятка. Не хотите ли заработать действительно хорошие деньги?
Он чуть прищурился.
— Смотря о чем речь, Арсений. Я жизни спасаю, а не отбираю.
— А отбирать не придется. Наоборот. Что, если устроить так, будто Рябой… умер?