— А если он струсит? — мрачно спросила Родригес.

— Если струсит или совершит что-то, что поставит под угрозу операцию, — Камински помедлил, — у нас есть подстраховка. Но это уже не ваша забота. Ваша забота, как и моя — выполнить задание и вернуться живыми. Аккуратно выполнить, без лишней крови.

Он выключил голограмму и обвел бойцов взглядом.

— Вопросы?

— Есть один, майор, — поднял руку один из новичков и в его голосе теперь звучало любопытство, смешанное с вызовом. — А почему мы вообще должны с ними церемониться? Нам же заплатят в любом случае…

— Потому что, — Камински посмотрел ему прямо в глаза, — мы не террористы. Мы профессионалы. Наша задача — захватить образцы, а не устраивать бойню. Чем меньше шума, тем меньше проблем. Шум будет в любом случае, и Альянс не хочет оказаться в грязи по самую задницу, сечешь, боец? Тебе все понятно?

— Так точно, — ответил оператор, громко, хотя и без особого энтузиазма.

Вопросов больше не было. Только напряжение, которое сгущалось в тесном отсеке, как грозовая туча.

3

После брифинга Камински остался один. Бойцы разошлись по местам — кто-то снова улегся в «гроб», коротая время, кто-то проверял оружие, кто-то пытался вздремнуть или просто сидел, уставившись в одну точку и переваривая услышанное. Майор прошел в маленькую выгородку с металлическим столом, креслом и гамаком, которая служила ему и кабинетом, и спальней. Сел в кресло, вытянул ноги. Перевел взгляд на планшет и коротко, еле слышно, но очень грязно выругался. На экране настойчиво мигало сообщение из штаба. Короткое, безликое, как и все сообщения такого рода:

«Операция „Тень“. Подтвердите готовность. „Пересвет“ вышел на траекторию. Времени мало».

Питбуль скривился, как будто у него разом заныли все зубы. «Пересвет» — русский десантный корабль, способный нести до двух десятков бойцов spetsnaz. Он вышел с Земли через неделю после того, как они стартовали, и использовал те же засекреченные технологии гиперпространственного двигателя, что и «Президент Картер». Вот только, похоже, у русских были какие-то свои технические козыри в рукаве. Сообщение означало, что «Пересвет» прибудет на Марс с минимальным отставанием — может быть, через несколько суток или даже раньше, сразу после того, как группа Камински начнет операцию.

— Черт, — выругался он сквозь зубы. — Твою мать. Как же не вовремя.

Майор отложил планшет, закрыл глаза и попытался расслабиться, но мысли лезли в голову одна за другой, не давая покоя — катались клубком, как взбесившиеся еноты. Он думал о миссии, о своих парнях, о русских, которые даже не подозревали, что через несколько дней на их базу обрушится штурм. Он думал о том, что эти русские — не враги. Такие же люди, как он сам. У них есть семьи, друзья, мечты. Они делают свою работу. А он делает свою.