Она повернулась к нему, заглянула в глаза - серебристо-серые, чистые, как зимнее море, - и улыбнулась.
- Тогда будем помнить только хорошее. Обещаешь?
- Обещаю, - он поцеловал ее.
Вечером, когда близнецы уже спали, утомленные дневными приключениями, а звезды зажглись на небе, Алисия сидела в кресле у камина и читала письмо от Лили.
«Дорогая сестра, - писала Лили. - Эдвард уже ходит. Мы назвали его в честь отца, но он весь в тебя - такой же непослушный и упрямый. Мари передает вам привет… »
Алисия улыбнулась и отложила письмо.
- Лили скучает, - сказала она Джейкобу, который сидел напротив и чинил игрушечный кораблик, сломанный Сэмом.
- Пусть приезжают, - ответил он, ловко затягивая узел. - Места много. А Мари пора получше познакомиться со своими братиками.
Он отложил кораблик, подошел к ней, опустился на колени перед креслом и взял ее руки в свои - чистые, без метки, без шрамов.
- Спасибо тебе, - сказал он тихо. - За все.
- За что? - прошептала она.
- За то, что подарила мне сыновей. За то, что сделала меня самым счастливым человеком на свете.
… Спустя много лет, когда Сэм и Бастьен выросли и стали капитанами собственных кораблей, а Мари издала свою первую книгу стихов «Песни о море», старый отец Бенедетто сидел в школьной беседке, увитой диким виноградом, и рассказывал маленьким ученикам историю о Черной Метке.
- Садитесь, дети, - говорил он, и его голос, тихий и спокойный, плыл над садом. - Я расскажу вам сказку, которую вы никогда еще не слышали… Жила-была девочка... И был у нее корабль...