Шэнь, нервно теребя край своей выцветшей траурной накидки, продолжал перечислять. Его голос дрожал, когда он говорил о предметах, которые, по его словам, просто «оказались» у него в результате стечения обстоятельств.

— Не кажется ли вам, господин Шэнь, что это весьма удобное стечение обстоятельств? — Ци Цзинь Юэ наклонился вперед, его голос стал тише, но оттого еще более весомым. — То есть, выговорите, что не участвовали в клевете на Вэня, однако каким-то чистым случаем оказались обладателем его самых ценных вещей, найденных якобы при разграблении.

Шэнь замялся, его лицо покрылось испариной. Он попытался снова, оправдываться, ссылаться на свою невинность, но слова застревали в горле.

— Что там было ещё?

— Ещё была пара нефритовых браслетов, тонкой работы, золотая диадема, украшенная жемчугом и мелкими рубинами, — он запнулся, как будто внезапно вспомнил что-то еще. — И слоновая кость, вырезанная в форме пагоды. Каждый ярус был детализирован с невероятной точностью, крошечные фонарики, даже фигурки людей, казалось, двигались. А еще… ещё был какой-то амулет с выгравированными символами. Его я не смог разобрать, но он казался очень древним и, возможно, обладал какой-то силой.

Шэнь опустил голову, его плечи ссутулились.

— Я знаю, что Вэнь дорожил каждым из этих предметов. Они были частью его жизни, его семьи, его истории, но они были ему уже не нужны.

Его голос затих, оставив в воздухе лишь привкус горечи и страха. Шэнь казался сломленным, подавленным тяжестью чужой утраты и собственной причастности к ней.

— И это всё, — спросил Ци Цзинь Юэ, — что оказалось у вас после разгрома дома Вэня?

Шэнь скользил взглядом по стенам, потолку, любым предметам, только бы не встретиться с цепким, пронизывающим взглядом Ци.

— Да…

— Перечислите теперь книги и записи Вэня, попавшие к вам.

Шэнь напрягся.

— Книги? Записи? — он отрицательно покачал головой.— Кроме двух очень старых шёлковых свитков с каллиграфией династии Чжоу, ничего больше не было. Это точно. Я искал редкие книги, но ничего не нашёл, — голос Шэня зазвучал открыто и гулко, почти как обычно.

— Могло ли получиться, что их вынесли до вас? Кто успел на пожарище первый?

— Когда подоспели мои люди, там уже были люди Чжао, люди Ван и Сун и молодцы из дома Цао. Но всем, в общем-то хватило…

— Вы сказали, что искали записи и книги Вэня, но не нашли. Могли их взять люди рода Цао?

Шэнь ответил быстро, без запинки.

— Цао Чилинь, конечно, не прочь был заполучить редкие книги Вэня, но он говорил, что ничего не нашел. Он считал, либо всё сгорело, либо досталось семейкам Сун, Ван и Чжао. Может, и врал, конечно… Шелковые свитки не сгорели же…