Когда последняя молния рассеялась в ночном небе, Сун поднял голову. Перед ним предстал обугленный остов его дома, но там, где они стояли на коленях, земля осталась нетронутой. Он встал, посмотрел на небо, где еще виднелись последние отблески грозы, и прошептал слова благодарности. Дом можно построить заново, но прощение, которое он обрел в эту бушующую ночь, было бесценно.

— … Безнадёга. Наследство Вэня сгорело. Род Чжао уничтожен, в доме Ван погибло двенадцать человек, в доме Сун, по счастью, все спаслись, хоть и на руинах. Дом Шэнь сгорел, погибли глава семьи и все домочадцы. Род Цао потерял главу и наследника, дом тоже сгорел дотла. Интересно, этот тип собирается прикончить ровно сорок восемь человек, столько, сколько было казнено в доме его отца Вэня?— вопрос Ци Цзинь Юэ был, в общем-то, риторическим.

— Этот Лис хуже чумы…— проскрипел Ли Лунчжэнь.

Неожиданно из угла, где он пил чай, подал голос Лю Бинь.

— Сорок семь.

— Что? — к нему разом повернулись начальник и Ци.

Лю Бинь, жуя пышку с корицей, лениво пояснил.

— Я говорю, что ты ошибся, Цзинь Юэ. В доме Вэня было казнено сорок семь человек.

— А ты-то откуда знаешь, Бинь? — усмехнулся Ли Лунчжэнь.

Лю Бинь хмыкнул.

— Как же мне не знать? Я тогда, в год казни Вэня, уже получил седьмой ранг и был назначен старшим писарем. Бумаги по делу Вэня переписывал для канцелярии я. Сорок семь человек казнено было по спискам.

Ци Цзинь Юэ сильно побледнел и медленно поднялся.

— Бумаги по делу Вэня? Что там было?

Лю Бинь пожал плечами.

— Всё, как обычно. Донос, расследование, записи допросов, вынесенный приговор и опись конфискованных бумаг подсудимого.

Глаза Золотой Луны уже метали искры.

— Бумаги подсудимого? Где они?

Лю Бинь с удивлением покосился на Ци.

— Да что с тобой сегодня? Опять напился? Говорю же, в архиве.

— В архиве? В каком архиве? — взвился Ци.

Лю Бинь удивился.

— Да что с тобой такое? В нашем судебном архиве, разумеется. Материалы о государственных преступлениях всегда дублируются, основное остаётся у нас, а выписки из дела и рескрипты приговоров направляются в императорскую юридическую канцелярию. Я эти выписки как раз тогда делал и в канцелярию относил.

Поднялся Ли Лунчжэнь.

— Где ключ от судебного архива? — рявкнул Ли. Дышал он ртом и напоминал коршуна, заметившего добычу.

Лю Бинь совсем растерялся. Вот же ужас! Неужто оба спятили? Однако не ответить начальнику он не мог.

— У меня, разумеется, на поясе. Где же ещё?

И что? Два безумца ринулись к нему, столкнулись лбами, и начали безумно шарить по его поясу. Лю Бинь заорал. Он боялся щекотки, но безумных боялся ещё больше. На него громко цыкнули, велели умолкнуть, отобрали ключи и метнулись в архив. Лю Бинь хотел было пойти за ними, подсказать, где на полке стоит ящик с документами, но разумно решил воздержаться от подсказок сумасшедшим. Сами найдут.