Нужно было что-то ещё. Что-то, что перевесит страх. Что-то человеческое.

Рэй вспомнил слова Мэра. «Очеловечиватель». Люди движимы не только страхом. Они движимы тщеславием. Амбициями. Жадностью. У них много стимулов, не доступных роботам. Та же любовь…

– Картер, – сказал Рэй мягче. – А если это будет официально?

Техник нахмурился.

– Что официально?

– Оформи меня учеником, – предложил Рэй. – В свою мастерскую. Главный техник и его помощник.

Картер моргнул.

– Зачем? У тебя есть своя мастерская. У тебя есть Донован.

– Мне нужно больше места, – солгал Рэй. – Жильё – это крепость. Но моя крепость тесна. По нормативам, ученик главного техника получает прибавку к жилой площади. Три квадратных метра.

Картер замер. Три квадратных метра. Для робота это было много. Это означало дополнительное место для хранения запасных частей. Для архивов. Для личного пространства. Но в первую очередь это повышало статус. Чем выше статус, тем больше возможностей получить обслуживание и запасные части.

– Три метра, – повторил Картер. Его процессоры быстро считали выгоду. – Это нарушение штатного расписания.

– Это инвестиция, – поправил Рэй. – В обмен я поддержу твою кандидатуру.

Картер снова моргнул. На этот раз медленнее.

– Какую кандидатуру?

– На ближайших выборах в совет города, – сказал Рэй. – Власть – это ответственность. Но также и влияние. Я поговорю с другими. С Донованом. Со Стариком Джимом. С барменом. У меня есть... возможности.

Это был блеф. Какие выборы? Какой совет? Город стоял на пороге гибели. Но Картер не знал этого наверняка. А даже если бы знал, привычка жить по правилам сильнее логики конца света. Карьера. Статус. Жильё. Власть. Это тоже было заложено в каждого робота. Быть и жить подобно людям.

В глазах Картера что-то вспыхнуло. Тщеславие. Чисто человеческое качество, которое проснулось в нём вместе со страхом.

– Выборы, – прошептал Картер. – Я думаю, поэтому я существую. Но я также хочу быть главным. Хотя бы одним из главных. Совет пяти. Кто не мечтает попасть в него?

– Ты будешь в совете, – пообещал Рэй. – Обещание – это долг.

Картер посмотрел на свои ключи. Затем на Рэя. Внутри него шла борьба. Протокол кричал об опасности. Но новое чувство, тёплое и липкое, шептало о выгоде. Тем более, вариант, предложенный Рэем, прошёл проверку протокола и был признан годным.

– Сделка есть сделка, – наконец произнёс Картер.

Он снял два ключа со своего пояса и протянул их Рэю. Один от первой защитной зоны, которая давно была отключена, второй от двери в саму мастерскую. Металл был холодным.

– Ты мой ученик, – сказал Картер. – С испытательным сроком. До конца бури.