— А если вдруг Платонов окажется во главе? — робко спросил менеджер.

В комнате на миг повисла тишина. Тиканье настенных часов стало отчётливо слышно.

— Маловероятно, — тихо ответил Акман, но в его голосе прозвучала едва заметная тень сомнения.

Перед внутренним взором всплыло лицо Платонова — холодный взгляд, спокойная улыбка, как у человека, который знает, куда ведёт партию. Молодой, но не наивный. Осторожный, но решительный.

Мысль о том, что этот парень может перехватить инициативу у старого волка, казалась абсурдной. Но игнорировать её было бы глупо.

Акман провёл пальцем по краю стола, чувствуя гладкую, отполированную поверхность дерева. Неизвестность раздражала. Но именно она и делала игру живой.

— Трудно предсказать, — наконец произнёс он, глядя на отражение своего лица в стекле.

Город под окном пульсировал неоном и звуками вечернего трафика. В воздухе сгущалось предчувствие бури. А где-то за этими огнями уже начиналось новое сражение — холодное, тихое, но беспощадное.

Сергей Платонов был ещё новичком в мире активных инвестиций. Его шаги трудно было предугадать — слишком мало данных, слишком много неизвестного. Казалось, стоит ему сделать резкий ход в этой сделке, и всё сорвётся в бездну непредсказуемости.

Однако Акман только покачал головой.

— Как бы ни был талантлив этот Платонов, он всё ещё чужак. Всё решает совет директоров. А туда его никто не пустит.

Совет, осторожный и старомодный, не стал бы отдавать место юному выскочке без солидного опыта.

Но Акман ошибся.

* * *

Тем временем в кабинете Allergan воздух был натянут, как струна. Беккет, глава компании, нервно стучал пальцем по столу, когда секретарь протянул ему телефон.

— Только что звонил Айкан, — сообщил он, обводя взглядом членов совета. — Просит место в совете директоров… но хочет уступить его Сергею Платонову.

В зале повисла тишина.

Айкан принял решение мгновенно, без колебаний. Для него всё было просто: в центре всей этой ситуации клубилось слово «мошенничество», и старый волк понимал — рисковать лучше не самому. Пусть молодой берёт удар на себя.

Но для членов совета всё выглядело иначе.

— Айкан отказывается от собственного места? Значит, доверяет Платонову безмерно… — кто-то пробормотал, качая головой.

Место в совете — это не просто кресло у овального стола. Это ключ к внутренним данным, к тайнам, о которых не пишут в пресс-релизах. Это власть принимать решения, менять судьбы компаний.

Если Айкан готов был так легко отдать эту власть, значит, видел в Сергее не просто партнёра.

— Почему же он продвигает его вместо себя? — спросил кто-то из директоров, нервно постукивая ручкой.