— Ты лют, как орел-стервятник, — сообщил Квазимодо и пошел мыть котелок.

Вор на пару с Великим Драконом уже четвертый день охранял лагерь и прохлаждался в прибрежной роще. Теа и Ныр целыми днями пропадали в городе. Квазимодо оставалось только давать утром инструкции, провожать до парома и ждать новостей. В Кануте ничего особенного не происходило. Торговля в преддверии мертвого сезона дождей шла активно. Король воевать ни с кем пока не собирался. Спокойствие, порядок и никаких развлечений. Старый знакомый Гвоздь даже заглянул на этот берег — поболтать и предложить небольшое дельце. Побеседовал с коллегой Квазимодо охотно, но вступать в маленькое, хотя и сулящее приличный доход предприятие отказался, сославшись на неотложные дела у моря. Гвоздь отнесся с полным пониманием — бесследная пропажа на скалистых пустошах десятка пришлых типов, чересчур интересующихся одним одноглазым молодым человеком, не прошла незамеченной среди воровского общества Канута. В принципе Квазимодо остался таким результатом доволен — авторитет человека, не только способного быстро добыть деньги, но и остаться живым в сложной ситуации, вора вполне устраивал. Болтать языками поменьше будут.

Все было бы неплохо, вот только дожди шли все чаще и становились все продолжительнее. Квазимодо прятался под растянутым между ветвей плащом. Великий Дракон во время дождя милостиво соглашался составить вору компанию. Несмотря на умение плавать и даже хватать неосторожных мальков-уклеек, геккон дождь не любил. Вообще Дракон оказался забавным созданием. Заботливого Ныра ящерица считала не то чтобы своим хозяином, но уж совершенно точно своим ходячим домом. Впрочем, если фуа оставлял Дракона в лагере, геккон считал ниже своего достоинства навязываться и соглашался остаться охранять вещи. В первый раз они с Квазимодо довольно долго выясняли, кто в лагере главный и какие вещи может трогать человек, а на каких непременно должен лежать сторожевой ящер. Квазимодо сумел сохранить свои пальцы в неприкосновенности, но в сердцах пообещал свистящему и шипящему мелкому гаду продать того на рынке тупым детишкам какого-нибудь купца. Пускай поинтересуются, что находится у ящерки в животике. Великий Дракон грубый намек воспринял правильно и несколько поубавил свою спесь. На следующий день они с молодым вором вполне понимали друг друга. Геккону нравились слегка поджаренные хрящики, и Квазимодо, который хрящиков совершенно не любил, охотно скармливал лакомство ящерице. В ответ геккон ловил крупных мух, служивших отличнейшей наживкой для рыбной ловли.