— Это ты стал великим, — пробормотала Теа.
Сестра о чем-то спрашивала фуа, робко поглядывая на брата и худощавую непонятную девушку. Ныр отвечал, сохраняя крайне серьезный вид.
На удивление быстро вернулся брат с подписанными и заверенными бумагами.
— Он сказал, что не верит, что ты вернулся. Но ему плевать, пусть владеет соплюшка. Еще он сказал, что завтра же уходит к Красногорью, — запыхавшись, доложил братец-козлик.
— Мне тоже наплевать, что он там сказал и куда уходит. — Квазимодо проверил бумаги, сунул сестре. — Ваш папаша передал мне, что я просил?
Брат положил на ладонь вора перстень с зеленым камнем. Квазимодо подбросил его на ладони и сунул в карман:
— Хорошо. Ты завтра явишься на «Собачью голову». Корабль отличный, тебя будут ждать. Впереди у тебя весь океан, сокровища Желтого берега и тамошние страстные девки. Бороду лучше сбрить, пока ее не увидели нормальные люди. Все. Прощайте.
У ворот одноглазого догнала сестра, ухватила за рукав:
— Я лопну, но лавку за нами оставлю. И дом выкуплю.
— Хорошо. Начни с того, чтобы не забыть загрузить повозки, что придут завтра. Я к складу не приду. Деньги передам с возчиком.
Девчонка кивнула. Глаза ее снова наполнялись слезами.
— Напиши мне. Пожалуйста.
— Может быть. Через год, не раньше. Если к тому времени у тебя не появится ошейник и ты не разучишься читать.
Почти до самой гостиницы друзья шли молча.
— Вообще-то можно сказать, что мне стало легче, — наконец сказал Квазимодо. — Хотя чувство неоднозначное.
— Это как? — поинтересовался Ныр.
— С одной стороны, мы вроде сделали все как нужно. С другой стороны — я страшно разочарован. Столько лет я считал, что глаза меня лишил перстень с чудным крупным изумрудом. А на самом деле мне вышибли глаз какой-то дешевой дрянью.
— Подумаешь, — сказал фуа. — Меня вообще обглодал вонючий и совсем не драгоценный аванк.
— Но он был большим и настоящим. И не таким уж вонючим. Мы же его могли потом немножко съесть, помнишь?
— Я тоже хочу есть, — сказала Теа. — Госпожа Рудна почему-то не предложила нам пообедать. Никакого гостеприимства. Но в целом все прошло неплохо. Я уверена — девчонка выкарабкается.
— Еще неизвестно, — возразил вор. — Денег у нее в обрез. Придется ей поднапрячься.
— Я ей две жемчужины дал, — наглым голосом сказал фуа.
— Зачем⁈ Ведь с твоим баловством девчонка так всю жизнь в соплях и останется.
— Зачем, зачем… Низачем. Понравилась она мне, — вызывающе сказал Ныр. — И прекратите нападать на хромого, отлученного от моря ныряльщика. А то Дракона напущу…
Глава 21
Хорошо смазанные колеса почти не скрипели, но зато обода колес громко постукивали по наезженной дороге, и это вкупе с клацаньем подков производило неожиданно много шума. Квазимодо морщился — хотелось бы быть поскромнее. Ну, тут уж ничего поделать нельзя — с выходом и так задержались, теперь приходится нагонять упущенное время. Товар на складе отгрузили еще с рассветом — в этом сестричка не подкачала, вот только упаковали груз как обычно. Бочонки с маслом еще ничего, а воз со светильниками производил глуховатый, но отчетливый звон. Еще не хватало тешить злоумышленников надеждами на то, что по дороге движется тайная королевская казна, по счастливому стечению обстоятельств оставленная без охраны. Пришлось спешно перекладывать плетеные короба со светильниками и запихивать солому во все щели. Медь и бронза тонкой работы перестала дразнящее звенеть. Отряд наконец смог отправиться в путь.