— Я с умом применяю, — чуть резче, чем следовало, сказал Квазимодо. — Меня, ваша милость, на ночной соседке жениться угораздило. И не жалуюсь.
Старикан всплеснул руками:
— Да что вы, господин Квазимодо! Я только с искренним одобрением к таким союзам отношусь. Сам по молодости… Ну да судьба по-другому распорядилась. Но супруга ваша молодая уважение у меня с первого взгляда вызвала. Сразу видно, за вас страшно переживает. И зря, между прочим, переживает. Я с вами лишь побеседовать хочу, по-дружески, спокойно, за столом, хорошо накрытым.
«Ну да, сначала за столом, потом где-нибудь под землей с решетками, потом еще слово молвить перед петлей позволят», — с тоской подумал вор.
За идущими по улице лордом Фишем и Квазимодо открыто следовали двое безликих мужчин. «Мои посыльные, — отрекомендовал старик. — Ноги уже не те стали, приходится по пустякам парнишек гонять».
Как ни странно, в «Подмастерье» все обошлось благополучно. Сидели вдвоем в закрытом кабинете. Из общего зала доносилась негромкая музыка. Одноглазые собеседники неторопливо расправлялись с маринованными угрями, запивали прекрасным пивом. Квазимодо рассказывал о походе Флота. Лорд Фиш слушал с неподдельным интересом, задавал разумные вопросы. Потом подали репу с мягчайшей свининой, и разговор перешел на темы общей обстановки в Глоре и на всем побережье. Скрывать Квазимодо было нечего. Хотят люди знать, что на Юге происходит, пусть знают. От Глора не убудет. Думать о нападении на Фейрефейский союз королевство Ворона могло разве что поголовно рехнувшись, а престарелый лорд Фиш меньше всего походил на больного головой.
Неожиданно старик попросил показать ему оружие, висящее на бедре гостя. Пока лорд Фиш разглядывал явно знакомое ему кукри, Квазимодо без наводящих вопросов принялся рассказывать о своем давнем, но сыгравшем такую знаменательную роль в жизни походе с леди Катрин. Старикан благожелательно кивал, вопросы задавал пустячные, и вообще складывалось впечатление, что о деталях этой истории он вполне осведомлен. Куда больше старого шпиона интересовали самые последние дни перед расставанием вора с леди-хозяйкой Медвежьей долины. Но поскольку у самого Квазимодо остались только смутные догадки о том, куда на самом деле ушла леди Катрин, то изобразить полную неосведомленность не составило труда. Очевидно, лорд Фиш был склонен поверить.
— Весьма жаль, что милая леди покинула нас так надолго. Такая разумная, интересная собой и достойная особа. Даже если бы наша милая Катрин находилась безвылазно в Медвежьей долине, леди могла бы оказать существенную помощь короне, — с явным сожалением сказал старик.