Позже мы оказались одни в ординаторской.

— Ты гениально справился, — услышал я её голос.

— Мы справились, — поправил я.

— Нет, ты. — Она положила руку мне на плечо. — Ты всегда был лучшим, Игорь. Я знала это ещё в институте.

Я не отстранился. Сил не было.

— Ты заслуживаешь большего, — сказала она. — Ты заслуживаешь счастья. Настоящего счастья. Не того, что у тебя сейчас.

— У меня всё хорошо, — ответил я, но голос прозвучал неуверенно.

— Ты просто себя в этом убедил. Хорошо тебе было, когда мы были вместе, а сейчас так пародия на настоящие отношения. Ты же помнишь, как мы горели?

Я помнил

Она наклонилась и поцеловала меня.

И я не оттолкнул.

Одну секунду — может, две — я забыл, кто я, где я, что у меня есть Катя, которая ждёт меня дома. Мои руки легли Алине на талию.

А потом потом дверь в ординаторскую открылась.

Катя стояла на пороге. С тортиком для моих коллег и цветами. С огромным букетом хризантем, она вообще часто покупала цветы сама просто так. Приехала навестить меня после операции, потому что помнила, как я говорил, что у меня будет серьёзный долгий день, да и вообще хотела сделать сюрприз.

А по итогу сюрприз ей сделал я.

Вот такой неприятный.

— Катя

Она посмотрела на нас. Сначала на меня, потом на Алину. Потом на мои руки, которые только что лежали на чужой талии.

Она не закричала, не начала скандалить, не отходила меня букетом, не залепила тортом в лицо.

Хотя лучше б это сделала

Она просто разжала пальцы, и цветы упали на пол.

— Игорь, я вижу, что не вовремя.

Катя ушла, а я кинулся за ней, но она села в такси и уехала.

Когда звонил, сбрасывала.

Когда приехал домой, дверь не открыла.

Но я так тарабанил в неё, что ей пришлось сдаться и отпереть замок.

Встретила она меня абсолютно разбитой и заплаканной.

Я попытался обнять, всё объяснить.

Но для Кати существовало, всегда существовало: чёрное и белое.

Две крайности и никаких полутонов.

На следующий день она сказала мне:

— Я знаю, кто она. Твоя бывшая, которую ты сам привёл в клинику. Ты говорил, что у между вами больше ничего нет, а я верила, как дурочка.

— Катя, это ничего не значит. Я устал, она меня поцеловала, я не сразу понял, что происходит.

— Всё ты понял.

— Кать, ну серьёзно.

— А я серьёзна, разве нет? — Она усмехнулась. — Если бы я не вошла, ты бы продолжил? Через минуту, чем бы вы занимались? Сомневаюсь, что только поцелуями? А может, вы уже этим занимались?

— Нет.

— Я видела твоё лицо. Ты не собирался её отталкивать.

— Я люблю тебя, Катя. Мне Алина не нужна.

— Если любишь, зачем держишь рядом женщину, которая хочет разрушить нашу семью? Вы так вспоминали прошлое, что «завспоминались» и зашли за грань? Зачем ты вообще её взял на работу, Игорь?