— Хотите сказать, что господин канцлер собирает монеты? — моментально отреагировал Стрелец.

— Не могу сказать наверняка, — ответил Кузнецов. — Но здесь хотя бы есть простор для фантазии.

— А ведь верно! — Серафима Павловна от волнения даже привстала из-за стола. — Но просто вручить немецкому социал-демократу набор монет — это слишком обыденно. Здесь важен контекст. Товарищи, минуточку!

Она поспешно вышла в приемную, порылась в недрах своего необъятного письменного стола и вытащила оттуда так кстати забытый кем-то из ее многочисленных посетителей культурно-исторический журнал.

«А вот и она», — обрадовалась Серафима Павловна, открыв нужную статью.

— Товарищи, обращаю ваше внимание: как известно, — она окинула участников совещания строгим взглядом, — канцлер Брандт родом из Любека.

— А Любек являлся главным политическим и судебным центром Ганзейского союза, — Стрелец мгновенно догадался, куда клонит блистательная Царева.

— Браво, Константин Иванович! — искренне восхитилась Серафима Павловна. — А Великий Новгород был его основным восточным партнером, на его территории находились Немецкий и Готский дворы. Во время недавних раскопок советские археологи, — она развернула журнал и указала на иллюстрацию, — нашли невероятное количество уникальных артефактов того времени. В частности, древнее серебро.

— И вы предлагаете подвести все это под идею преемственности торговых и транспортных контактов, верно? — уточнил советник.

— Почему бы и нет, — улыбнулась Царева. — представьте только: красивая коробка из мореного дуба, старинные петли, а внутри на темно-бордовой бархатной подушке — три серебряных слитка. Три новгородские гривны.

— Да кто же нам позволит вывезти ценности Гохрана? — искренне удивился Томиков.

— Анатолий Ильич, это вопрос государственного престижа, — мягко ответила Серафима Павловна. — Впрочем, если вас не устраивает древнее серебро, мы всегда можем подарить канцлеру рейнскую керамику. Например, кувшины для пива. Из музея в Дюссельдорфе. Немцы точно оценят наш размах.

— Толя, это не такие большие деньги, — заметил Стрелец. — Здесь имеет значение символический подтекст. Новгородская гривна была не просто средством сбережения, а полноценным инструментом международных расчетов — валютой, как сейчас модно говорить. В контексте наших гигантских экономических контрактов с ФРГ это будет выглядеть весьма достойно. Надо только сопроводительную записку грамотно составить.

— А как вы смотрите на это? — Серафима Павловна аккуратно вырвала листок из своего знаменитого блокнота и передала его послу.