Мы немного поговорили с Валентиной Петровной о Боге, а в дорогу она отсыпала мне своих восхитительных баранок с маком. И я вышел на Лесную улицу, и слева от меня были деревянные заборы, а справа -- прозрачный кедровый лес. Густели сумерки, по серой земле скакала белка, а мои легкие наполнял пузырящийся восторг, какой бывает, когда ты вдруг находишь след и уже чувствуешь, что он не окажется ложным.
Володя Никитин, последний из Никитиных в Дивноводном, пострадал на охоте десятого сентября Ч8Ч1-го года в лесу близ источника. А знаете ли вы, кто в этом время служил дежурным фельдшером в пансионате ,,При ключе,,?
Тем же вечером я проверил свою догадку по документам, а назавтра снова посетил Афанасьевскую здравницу и провел более часа в обществе уже знакомой читателю С.Д.
Мне удалось получить весомые свидетельства того, что именно фельдшер Евгений Викторович Рябов обнаружил раненого Володю Никитина при утреннем моционе. Четырнадцатого сентября Володя Никитин умер, а пятнадцатого сентября Рябов уехал из Дивноводного в связи с окончанием сезона.
Он вернулся весной, ровно за сутки до своей гибели при обрушении церкви. Тело его бесследно пропало.
Нужно добавить, что я современный человек, и вся моя журналистская карьера последовательно убеждает меня в том, что всякому странному событию можно найти рациональное обьяснение. Я не верю в проклятия, призраков, зайцеленей, светящихся рыб, вещие сны и то, что покойники умеют мстить.
Еще я не верю в совпадения.
Глава 19. Антимонии
Каждое утро я спускалась теперь в погреб, и сила моя растекалась по выписанным на стенах узорам и барабанила по фанерному полу кристаллами ляписа. Потом я клала на пол подушку, опускалась на колени и отпускала сознание, силясь почувствовать то ли в лесу — рык, то ли в своём доме —гостя , то ли в самой себе — одержимость.
Я могла просидеть так и час, и полтора, дыша в унисон с вибрациями эфира и повторяя одно за другим служительские упражнения. Увы: ни одно из них так и не приблизило меня к пониманию.
Никакой воды не было, как не было рыб, как не было чешуи на моём столе, как не было противоестественного сияния. Были только соленья, все из которых стали кислее из-за постоянного воздействия моей силой.
Но я не сумасшедшая ведь, верно? Я видела то, что видела; и даже если представить, будто всё это мне показалось, чешую видел и Дима тоже! Значит, она была на самом деле? И потом исчезла — но куда?
Я даже всерьёз рассматривала параноидальную идею, будто у меня в подполе завёлся неведомый недоброжелатель, большой любитель жутковатых розыгрышей. Пустил воду в погреб, подсветил фонариком, потом откачал. Рассыпал чешую по моим записям, а потом бережно смёл её кистью в кулёк и вынес вон, не оставив ни единого следа в белом снегу.