Я навел справки и легко установил, что по рождению Елизавета Александровна не могла так титуловаться. Князю Белозерову Андрею Михайловичу она приходилась отдаленной формальной родственницей. Тем не менее, можно сказать, что именно Елизавета Александровна привлекла интересы высокого семейства в эти края.
К большой удаче любого расследователя, княжеские фамилии чрезвычайно скрупулезно документируют все свои любовные терзания. Это позволило мне составить следующий граф:
[рукописная заметка на полях:Обсудить с наборщицей! ]
Итак, дедушкой Андрею Михайловичу приходился князь Алексей Викторович Белозеров. Его супругой была Анна Владиславовна Белозерова, в девичестве Герасимова. Анна Владиславовна в течение всей жизни сохраняла теплые семейные отношения и с сестрами, и с единственным братом, Александром Владиславовичем Герасимовым.
Александр Владиславович Герасимов был известен крайней невоздержанностью в отношении женского пола. У него было четыре жены; каждый следующий брак был короче предыдущего, а накануне четвертого Александру Владиславовичу пришлось сменить прихожанство, потому что в церкви его детства служители отказались удостоверять очередное супружество. Помимо жен Александр Владиславович имел и многочисленных любовниц. Особенно беспорядочными эти связи стали к преклонным годам г-на Герасимова.
От одной из таких связей и была рождена Елизавета Александровна. Ее любвеобильный отец скончался, когда девочке едва исполнилось три года. Особенную скандальность ситуации придавало то, что мать девочки, Алена Игнатовна Копылова, состояла в браке; на момент появления незаконного ребенка ее супруг-рогоносец, г-н Копылов, находился в длительной зарубежной командировке.
Ни четвертая жена Александра Владиславовича, ни семья Алены Игнатовны не пожелали взять маленькую Елизавету на воспитание. Сострадание к сироте проявила ее тетушка, Анна Владиславовна Белозерова, к тому времени вдовая.
Елизавета Александровна воспитывалась в семье Белозеровых. Князю Андрею Михайловичу она приходилась двоюродной теткой, хотя была всего на четыре года старше. Дети были столь близки, что Елизавету Александровну в дальнейшем даже в весьма высоких кругах стали именовать княжной Белозеровой несмотря на то, что с фамилией она не имела кровного родства.
Легко представить, что это решение могло бы стать причиной сложных наследственных дел. Однако, слабое здоровье Елизаветы Александровны не позволило ей родить собственных детей, сама она не имела и по сей день не имеет никакого интереса к имуществу Белозеровых, а бОльшую часть причитающегося ей содержания направляет на благотворительность.