Люк, даже мертвый, оказался невероятно тяжелым. Я тащил его, надрываясь, чувствуя, как ноют мышцы спины и рук. Каждый шаг давался с огромным трудом.

Нужно узнать у вежи как улучшить свои физические показатели. Наверняка такие есть. А то протащил несколько метров тушку весом в центнер и сил уже нет.

Наконец, я добрался до борта. Перевалить тело через ограждение оказалось еще сложнее, чем я думал. Я упирался ногами, напрягал все силы, боясь, что не справлюсь, что сорвусь и полечу вниз вместе с трупом.

В последний момент, когда тело Люка уже почти перевесилось через борт, мне пришла в голову мысль: обыскать его. Вдруг у него есть что-то еще? Что-то, что прольет свет на тайну Джима и этой проклятой карты. Может записная книжка или медальон какой.

Я отпустил тело и быстро обшарил карманы его куртки и штанов. Нашел несколько монет, нож, огниво и…

Тада-ам! Бинго!

Еще один обрывок карты! Такой же, как тот, что я спрятал в пушке, только с другим фрагментом рисунка.

Сердце бешено заколотилось. Значит, карта была разделена на несколько частей! И Люк, как и Джим, искал сокровища. Или то, что скрывалось за этим крестиком на карте.

Я спрятал находку в карман, чувствуя прилив возбуждения. Теперь у меня было две части карты. Это уже шаг к разгадке.

Все барахло Люка я выбросил в море. Улики не нужны. А карту спрятал в карман.

Собравшись с силами, я подтолкнул тело Люка. Оно с плеском ушло под воду, оставив на поверхности лишь несколько пузырей и темное пятно, которое быстро рассеялось.

Я постоял секунду, глядя в темную воду. В голове пронеслись слова молитвы. Короткой, сбивчивой. Я не был особо верующим человеком, но в тот момент мне показалось, что это необходимо.

Повернувшись, чтобы уйти, я замер. На вантах, чуть выше моей головы, сидел юнга, тот самый парень с пронзительно-синими глазами, который приходил к Ли на камбуз. Он смотрел на меня сверху вниз, слегка покачиваясь в такт движению корабля.

Я не знал, сколько времени он там провел, и что именно видел. Но по его лицу было понятно, что он видел достаточно.

Юнга спрыгнул вниз, приземлившись на палубу легко и бесшумно, как кошка. Он усмехнулся, обнажив белые зубы.

— Мне он тоже не нравился, — сказал мальчишка, кивнув в сторону, где только что исчезло тело Люка. — Я — могила.

— Может, и тебя… того? — Я криво усмехнулся, стараясь разрядить обстановку.

Шутка вышла натянутой.

Парень, однако, не испугался. Он лишь хмыкнул, окинув взглядом залитую кровью палубу и темный коридор, откуда я выволок тело Люка.

— А кто тогда поможет отмыть все это? — спросил он, указывая рукой на кровавые разводы. — Сам справишься, Доктор Крюк?