— Имею ли я честь лицезреть удивительного лекаря Фиделиса, чьи дела, более похожие на чудеса, прославили его на весь Хедебю и окрестности?

— Фиделис — моё имя, — кивнул лекарь. — Что же до чудес… чудеса — не моё ремесло, почтенная. Ежели потребны именно чудеса, то тогда, боюсь, тебе нужен какой-то другой Фиделис.

— Если это ты излечивал страждущих в Хедебю, то я ищу именно тебя, — наездница подходила всё ближе, едва не налетев на недвижно застывшего Роба, но именно что не налетев — глаза её смотрели как бы сквозь половинчика.

— Ты пришла позвать меня к недужному? Я готов, — поднялся лекарь.

— К недужному? О, да, — криво усмехнулась гостья. — Только недужен не кто-то один.

— А имя твоё, Перворождённая?

Вновь усмешка.

— Сразу видно, что ты издалека, почтенный, хотя с удивительной ловкостью изъясняешься на всеобщем. Я не «перворождённая». Айвли моё имя, Айвли-оружейница из Альвланда; и я хотела позвать тебя к моему недужному миру.

…Фредегар с Робом так и оставались незримы, скрыты, неподвижны. Айвли, устроившаяся возле костра, никак не выказала своего удивления, что ещё два явно нагретых места на бивуаке пустуют.

— Я уже врачую его, твой мир, — Фиделис словно и ничуть не удивился её словам.

Тонкая бровь альвийки дрогнула.

— Ты ни о чём не хочешь спросить, почтенный? Кто я, как нашла тебя, о чём хочу просить?

— Сейчас чайник поставлю, — лекарь достал закопчённую посудину, где ещё оставалась вода, пристроил её на треноге. — Я думаю, ты сама скажешь мне то, что хочешь сказать, досточтимая. До прочего же мне дела нет. А, ну да — твоя сила. Ты ждёшь, когда я оценю; я оценил, поверь. Она велика, как велики и познания, и таланты. Но всё перекрывается чёрной болью. Ты отдалась отчаянию, прекрасная Айвли. Отчаянию, что так несвойственно Перворождённым.

— Я не Перворождённая, — упрямо повторила она. — Я — альвийка, а не эльфка!..

— Различие, не содержащее различия, уже тем самым не различие, — пожал плечами лекарь. — Станем ли мы обсуждать твоё происхождение, альвийка Айвли, или ты поведаешь мне, зачем отыскивала меня?

И вновь протянул руки к огню.

— Я ощутила, как мир рушится, — невидяще глядя в пламя, проговорила оружейница. — Ощутила в тот миг, когда Он вступил в Хьёрвард. Всё содрогнулось, всё зашаталось, все сферы небесные и все подгорные пути, все корни континентов, все лежбища океанов. А я в это время всё искала и искала ответы…

Лекарь внезапно протянул руку, сжал её тонкое запястье, призакрыл глаза, словно к чему-то прислушиваясь.

— Ответы искала не ты. Ответы искала твоя боль, она овладела тобой, стала управлять и делами, и помыслами.