…Обетованное открывалось им во всей славе своей — словно сияющий остров, плывущий по волнам серого моря Межреальности. Зелёное, голубое, златое — над лучшим творением Молодых Богов мягко сияли чистые цвета, словно каждый лист, каждое озерко и каждый ручей светились, и каждая гора будто облачилась в парадные золотые доспехи.

Обетованное.

Сейчас его окружали Тёмные Легионы, приведённые сюда им, Ракотом, давшие бой несчастным быкоглавцам и их союзникам. Легионы ждали своего повелителя, вызвавшего их из небытия, вновь напитавшего эманациями Мрака; без него это мрачное воинство долго бы не просуществовало.

— Лёд нассступает, владыка, — сочла нужным напомнить Тхенчана.

Лёд наступал, да. Сущее оборачивалось кристаллом — знать бы ещё, для чего это понадобилось Дальним…

Лёд наступал, а где-то в невообразимой глуби Упорядоченного к нему продолжала взывать Райна.

Его Райна.

Кулаки хозяина Тьмы сжались. Источник Мимира оставил на них глубокие следы — хотя, казалось бы, какие следы оставит вода на мраке?

Но, так или иначе, плоть Ракота удерживалась им сейчас куда хуже и с большим трудом. Всё больше и больше становилось в нём чистой, беспримесной Тьмы, вытеснявшей всё остальное — подобно тому, как рубленая рана заполняется кое-как стягивающей края кожей.

Он не был таким, даже в пору своего Первого Восстания.

Но сейчас не это было главным.

Урд. Светлый Урд.

…Тёмные Легионы салютовали своему Владыке; чудовища и монстры, костяки и духи мрака. Предводитель явился; они вновь могли существовать.

— Владыка Ракот?!..

Навстречу ему метнулась тонкая фигура эльфийки, в руках — изогнутый лук.

— Владыка Ракот, ты вернулся!.. Но… где же повелитель Хедин?..

Эльфийка была из тёмных, одна из подмастерьев названного брата.

— Триэль Фаэртала, владыка, — поклонилась она. — Мы… вернулись сюда, в Обетованное. Ожидая… приказов.

Эльфийка казалась растерянной, и отнюдь не от великого почтения к хозяину Мрака. Тёмные эльфы вообще не отличались застенчивостью.

— Многие наши вернулись сюда. Приказы… больше не имели смысла.

Она оправдывалась. Глаза её бегали, пальцы в чёрных боевых перчатках нервно сжимались и разжимались.

— Мы явились… мы надеялись… мы хотели найти… — она заикалась и запиналась. — Я… в дозоре…

Ракот вскинул руку, останавливая её.

— Войско прошло дальний и долгий путь, ему нужен отдых. Позаботься об этом, досточтимая Триэль.

Эльфийка лихорадочно закивала.

…Его место сейчас было с Тёмными Легионами. Он странно ощущал себя сейчас здесь, в Обетованном — словно натянув жмущую неудобную одежду. Здесь давит, там тянет, тут натирает.