— Но я же вижу, Венера Эдуардовна, что вы сердитесь и не в настроении. Или у вас что-то случилось?
Она подавила вздох.
— Пока вы не скажете, я никуда не уйду, хотя рабочий день уже закончился, — заявил я. — Кстати, вы тоже можете идти домой. Почему еще работаете?
— Ну, я же вам говорила, Сергей Николаевич, что задерживаюсь на полчаса утром и на полчаса позже ухожу. Мне разрешили внести изменения в график.
— Да-да, я помню, — поморщился я.
— А вы можете уходить.
— Пока не узнаю причину вашего настроения, никуда не уйду, — сказал я и самым решительным образом сел на стул перед Венерой. — Буду мешать вам работать, пока все не расскажете.
Она не выдержала, и слабая улыбка скользнула по ее бледным губам. Вздохнув, она прищурилась:
— А Лейла — это ваша знакомая?
«Так вот в чем дело!» — понял я ее странное поведение, но вслух, конечно, этого говорить не стал.
— Да, это моя пациентка, — кивнул я. — У нее была сложнейшая черепно-мозговая травма в результате ДТП, и ее тоже привезли ночью. Никто не брался делать операцию. Самолет из Москвы долететь бы не успел, поэтому пришлось оперировать практически в полевых условиях. Ну, вы же сами помните, как мы с вами Борьку спасали. И вот она осталась мне благодарна…
— И из-за такой благодарности она прискакала, причем на коне, аж сюда к вам, в Чукшу? Чтобы сказать спасибо? — прищурившись, подчеркнуто недоверчиво спросила Венера.
— Нет, не совсем. Понимаете, у меня есть некоторые проблемы в Казани. Говорю вам это по большому секрету. И это одна из причин, почему я сижу здесь, а не там. А у нее… вы, наверное, знаете, кто ее отец. И вот она приехала меня предупредить лично. Только, пожалуйста, никому не говорите.
Венера кивнула.
И тут за дверью послышался какой-то скребущий звук.
— Сейчас посмотрю, — сказала Венера и, подхватившись, выскочила из амбулатории.
А я выдохнул. Прямо целый допрос.
— Сергей Николаевич! — Венера забежала обратно. — Представляете, там Райка сидит на ступеньках. Плачет.
Глава 18
— Что мне делать? — зарыдала Райка, едва увидев меня, и начала еще сильнее размазывать слезы.
Как говорится, была бы голова, а тараканы найдутся, поэтому я просто посмотрел на нее и пожал плечами:
— Ну, явно же не сидеть на крыльце амбулатории и не выть на всю Чукшу.
— Сергей Николаевич, ну что вы так бессердечно с ней? — подала голос из-за моей спины Венера, которая выглянула из амбулатории и все прекрасно слышала.
— Не люблю манипуляторов, — ответил я и повернулся к Райке. — Раиса Васильевна, вы практически убили своего ребенка. Собственными руками. А сейчас, вместо того чтобы пытаться найти хоть какой-то выход из этой ситуации… Особенно учитывая то, что к вам и участковый благоволит, и Венера, и все остальные, вы пришли на меня давить.