От холодильника отлип юркий мужичок в халате:
— Я здесь, Александра Ивановна.
— Что там по расписанию? Вы Загайнова в Йошкар-Олу направили?
— Да, все документы подготовлены еще вчера, — принялся быстро-быстро отчитываться Бастраков. — После обеда пойдет машина, и отвезем.
— Хорошо, — кивнула Александра Ивановна. — А что по октябрьскому перерасходу? Где Зинаида Петровна?
— Она сказала, что задержится, — пискнула со своего места Лида.
— Она же знает, что у меня планерка с утра! — вызверилась Александра Ивановна, но тут же резко остыла: — Ладно, когда появится — пусть сразу ко мне. Нам до вечера надо закрыть октябрьскую отчетность.
— Хорошо, — кивнула Лида, торопливо царапая указания в блокнот.
— Что еще? — спросила главврачиха и с подозрением посмотрела на коллектив.
Все втянули головы в плечи.
— Жалоба! — сказал Ачиков, который с гордостью сидел справа от Александры Ивановны. — От Чепайкина.
— Опять? — застонала Александра Ивановна. — Ну где я ему сейчас людей найду⁈ И так ничего не успеваем!
— Так у нас же теперь Сергей Николаевич есть, — вкрадчиво сообщил Ачиков и расплылся в доброй улыбке.
Глаза у Александры Ивановны вспыхнули, и они с Ачиковым понимающе переглянулись.
— Да, коллеги, знакомьтесь, — спохватилась она и кивнула на меня. — Епиходов Сергей Николаевич. Хирург. Нейрохирург. Из Казани.
Все заулыбались, а две молодые девушки в коротеньких белых халатиках стрельнули в меня глазками.
Александра Ивановна посмотрела на меня и добавила:
— Это за него звонили и просили из министерства.
При этих словах по кабинету прошелестел еле заметный гул.
Глава 7
В комнате воцарилась густая, ощутимая даже на ощупь тишина. На меня смотрели по-разному: со злостью, с завистью, с подозрением и даже с жалостью — равнодушным не остался никто.
Я мысленно ухмыльнулся, стараясь, чтобы на лице не отразились эмоции — знатно удружила мне Александра Ивановна, четкий ход. И весь коллектив против меня одним махом настроила, и соломки заодно себе подстелила. Так что, когда она меня отсюда выест (а в том, что выест, я теперь даже и не сомневался), вопросов к ней не возникнет: на Руси мздоимство было всегда, но тех, кого продвигали открыто, не любили никогда.
Поэтому комментировать я этот выпад не стал никак. Пока у меня ресурса нет, чтобы в подобной позиционной войне в лоб бодаться.
Нет, мы пойдем другим путем.
Вместо этого я спросил, переключая часть спектра эмоций коллектива:
— Так что там с Чепайкиным?
Ачиков, который со злым веселым интересом наблюдал, как я отреагирую на слова Александры Ивановны, сдулся и сказал серым голосом: