— Я понимаю, вы боитесь раскрыть правду, потому что и к вам возникнут вопросы, но сейчас это необходимо.
— Мы не в силах справится с их народной поддержкой. Оглянись вокруг: они уже безнаказанно устраивают резню среди политиков и завоёвывают лишь больше доверия!
— Мир не видел, что они делали с простыми гражданами, — сказал я. — А самое главное — этого не видели другие эксфэры.
Гаранкин с интересом глянул на меня, и я продолжил:
— Сотни… тысячи эксфэров следят за происходящим и не знают, чью сторону принять: с одной стороны Маркус, играющий роль Робин Гуда, а с другой — государственные СМИ, путающиеся в собственных утверждениях. И это не считая того, что в «Лотосе» есть эксфэры, которые служат по принуждению.
— Допустим, мы сделаем, как ты просишь, но что дальше? Думаешь, все разом возьмут да побегут спасать задницы политиков?
— Это им решать. Мне лишь нужно, чтобы в информационном поле появилась реальная противоборствующая сила с конкретными и правдивыми фактами. Когда придёт время, я раскрою свою личность и перетяну сомневающихся эксфэров на свою сторону.
— Насвою сторону?
— Третья сила.
— Сынок, ты себя переоцениваешь.
Я промолчал, и Гаранкин сказал:
— Ты едва ли сможешь справиться с шестёрками Маркуса, но при этом собираешься бросить вызов ему самому. На что ты рассчитываешь?
— Там, на Красной площади, это я ударил по куполу молнией.
— Что ты сказал?
— Я универсальный эксфэр, — произнёс я. — Такой же, как и Маркус.
— Что за вздор?
— Я умею впитывать чужие способности.
Гаранкин был удивлён. Он долго всматривался в моё лицо, словно пытался разглядеть хоть какие-то признаки лжи, но не высказал слов недоверия. Воспользовавшись моментом, я произнёс:
— Пока мы в симуляции, мне надо задать вам один вопрос.
— Задавай.
— Вы каким-либо образом связаны с «Лотосом»?
— Да что ты…
— Вы и без меня знаете, что в ФСБ есть их информаторы, — прервал его я. — Разумеется, вы вряд ли имеете к ним отношение, но я должен убедиться.
— Что тебе с моих слов?
— Я распознаю ложь.
На лице Гаранкина снова мелькнуло едва заметное удивление. Он умолк на миг, а затем сказал:
— Я не без греха, но всегда был предан своему отечеству. Я офицер, в конце концов!
— Владимир Вячеславович, если позволите, мне нужен конкретный ответ.
Он не стал спорить:
— Я никогда не был связан с «Лотосом» и никогда не буду иметь с ними ничего общего. Такой ответ тебя устроит?
— Вполне, — кивнул я.
— Что ж, мы обсудим твоё предложение и сделаем всё возможное. Никаких обещаний давать не буду.
— Это ещё не всё, — сказал я. — Мне нужен свободный доступ к охране президента и в тюрьму, где вы держите пойманных эксфэров.