И когда вся его нижняя половина растаяла почти по пояс, он вдруг расхохотался.

— Я понял! — заливался он смехом. — Теперь я все понял! Меня призвали сюда не для того, чтобы убить тебя. Меня призвал, чтобы ТЫ убил меня!.. Я — третий демон! Это большая честь для меня, хозяин! До встречи в Запределье! БЕЛЫЙ МАГ!

Он запрокинул голову и дико захохотал, так что даже ветви на березе затряслись, и с листьев посыпался колючий иней. А демон хохотал и хохотал, и от хохота этого кровь стыла в жилах. Но когда от демона осталась лишь одна голова, торчащая над белой от инея травой, хохот захлебнулся, превратился в бульканье, а затем и вовсе стих. Голова демона укуталась густым туманом, а когда он рассеялся, то за ним уже ничего не было. Лафудр исчез без следа, и о его недавнем пребывании в нашем мире говорила лишь изморозь на траве и листьях.

Наступила гнетущая тишина. Не пели птицы, не стрекотали цикады, не плескалась в пруду рыба. Было очень, очень тихо. Разорванное напополам тело князя Сергея лежало в траве, залив все вокруг себя пузырящейся кровью.

Я обернулся к Кристофу с Вольдемаром, замерших в отдалении, словно в параличе. Перехватив мой мрачный взгляд, Вольдемар вздрогнул и машинально закрылся от меня руками, едва не ткнув в Кристофа шпагой, которую до сих пор сжимал в руке. Впрочем, он тут же спохватился и опустил руки, не отводя от меня испуганного взгляда.

Присев, я вырвал пучок травы, старательно обтер свою шпагу, хотя крови на ней почти не было, и спрятал ее в ножны. Встряхнулся, густо раскидав по сторонам белые крошки инея и брызги воды. Мне самому это мое движение показалось каким-то совсем не человеческим, скорее собачьим, или быть может волчьим. И я при этом даже рыкнул, чего никогда прежде за собой не замечал, но спохватился и откашлялся в кулак. Неторопливо, переваливаясь с боку на бок, подошел к притихшим секундантам.

— Соболезную вам, Владимир Сергеевич, — неожиданно хрипло сказал я. — Трагедия с вашим отцом случилась помимо моих воли и желания. Надеюсь, вы засвидетельствуете, что смерть князя Сергея произошла из-за вмешательства демона, чего ни я, ни он никак не могли предвидеть.

Вольдемар крайне тяжело сглотнул и торопливо закивал, даже челюстью тряся при этом. И продолжал смотреть на меня, не отрываясь, как будто я был каким-то чудом чудным, дивом дивным.

— Позвольте вам помочь…

Стряхнув с рукава зеленые искры, я взял у Вольдемара плащ князя, вернулся к его развороченному телу и расстелил плащ на траве рядом с ним, немного в стороне от лужи крови. Затем мы все трое уложили разорванные останки на плащ, завернули их и перенесли к лошади князя. Закинули поперек седла.