Кабинет как кабинет, похож на офис с консервативными традициями: просторный стол, несколько жестких кресел. Из оргтехники — чернильница, перья да увесистое пресс-папье. Сей уголок принадлежит самому высокопоставленному лицу земель Кэкстона. И по трезвом размышлении, гостье не приходится ждать радушного приема.

Катрин была отконвоирована сюда из опустевших комнат «Светлого пути». Двое «крестоносцев» кратко предложили пройти с ними. Можно было и не подчиниться, в узком помещении Катрин достаточно высоко оценивала свои шансы. Но, надо понимать, Даллап с компанией не погулять вышли. Катрин выбрала благоразумный путь сдержанности и дипломатии.

Может быть, и зря.

Хозяин кабинета соизволил повернуться к гостье. Отложил свиток на заваленный бумагами стол, поднял утомленное лицо. У шпионки сложилось впечатление, что хозяин не позирует. Ну, занятый человек, такое бывает.

— Мисс? Миссис? Слишком молода, значит мисс. — Глуховатый голос звучал отрывисто, нетерпеливо.

Наместник оказался высоким худым мужчиной. Довольно невзрачным, если честно. Небрежно зачесанные волосы символически прикрывали залысины высокого лба. Темный свободный костюм не скрывал костистых сутулых плеч. Пояс оттягивал обыкновенный прямой кинжал. Движения хозяина города были столь же порывисты, как и речь.

— Давно расстались с эрой компьютеров, госпожа Катрин Мезозойская? Удачнее псевдонима не придумалось?

— Чем этот плох? Мне скрывать нечего, господин…

— Просто господин Наместник. Все остальное в прошлом. Как поживает профессор? По-прежнему увлечен дискурсивными[1] турне? Впрочем, вы правы, мне абсолютно не интересно, чем он увлечен. Кстати, меня беспокоят люди, которым нечего скрывать. Максимально откровенны лишь профессиональные шпионы. Не так ли? С какой целью прислали столь юную особу? Тактика обольщения? Ненавижу светские разговоры. У меня много дел.

Он вдруг коротко улыбнулся:

— Я не мешаю вам размышлять, мисс Катрин?

— Нисколько. Я вообще не склонна к отвлеченной философии.

— Весьма современно, — кивнул Наместник. — Чип возврата вам куда вшили? Не беспокойтесь, я не собираюсь заниматься вивисекцией. Вы ведь не думаете возвращаться в тот дряхлый цивилизованный мир по собственной воле?

Это был сложный вопрос, и Катрин позволила себе лишь улыбнуться.

Наместник продолжал говорить, и вклиниваться в сей поток высокоорганизованного сознания было бы невежливо.

— У меня есть для вас настоящее дело. Я остро нуждаюсь в людях с прогрессивным мышлением. Нет ничего утомительнее, чем объяснять аксиомы. Все-таки странно, что вы так молоды и миловидны. Почему именно вас послали? Это детали, потом. Какого вы вероисповедания?