Такого подопечный Готтрана стерпеть не смог. Ранение было не слишком серьезным, но сознание того, что его нанес какой-то мятежный бродяга, да еще на глазах у стольких подчиненных, помутило его разум так, как не была способна самая сильная боль.

Ирмиэль отступил на несколько шагов. Воздух рядом с ним ощутимо сгустился — он собирал силы. Спустя мгновение вокруг заплясали багровые искры. Глаза Ирмиэля полыхнули ярко-алым светом.

— Отойдите! — вдруг прокричал Бертрам солдатам. — В сторону, в сторону!

Солдаты не сразу поняли, что опасность исходит от Ирмиэля, а не от Темнокрылых, и потому отпрянули от тех, с кем сражались.

Поле боя грозило стать местом кровавой трагедии и грандиозного обрушения. Но в последний момент, когда Ирмиэль уже готов был выплеснуть накопившуюся энергию в смертоносную атаку, на него налетело что-то, показавшееся всем огромной птицей, и он рухнул на спину. Послышались вопли: звериные, человеческие; повалил густой дым. Однако огня не было видно.

Кашляя, Эрнальд практически наощупь нашел Гильема и Тарда и оттащил их подальше, к Одеру. И вовремя: на то место, где они стояли минуту назад, приземлились сразу три симаргла. Еще один отошел от Ирмиэля и присоединился к ним. Таким образом они разделили враждовавших.

Бертрам помог Ирмиэлю подняться с земли. Вид у него был ошалелый. В резаной ране, нанесенной Тардом, что-то белело.

— Кость, — тихо произнес Эрнальд. — Кость с заклинанием. Оно запечатало магию.

— Вы так умеете? — прокряхтел Гильем, одергивая окровавленный рукав: пара ударов пришлась на его левую руку.

Симаргл с орлиным черепом громко сказал:

— Мы не позволим крушить наши горы. Уходите.

— Да знаешь ли ты, чудовище, на кого поднял руку?! — грянул Бертрам. — Это Ирмиэль, подчиненный самого…

— Нас не интересуют люди и их имена. Либо вы уйдете, либо умрете.

Бертрам хотел достойно ответить, но осекся. Он нутром почуял неладное, поднял голову и огляделся. Из-за камней над его головой показались и зашевелились крылья, много крыльев. Они были окружены симарглами. Кроме того…

Бертрам перевел взгляд на Ирмиэля. Тот уже пришел в себя, но морщился от боли, сжимая плечо. Бертрам разглядел на кости, белеющей в ране, какие-то знаки. Он смутно представлял, что это такое, и понимал: Ирмиэль нейтрализован — по крайней мере, на некоторое время. И хотя симарглы не обладали магией, против стольких ему одному было не выстоять.

— Хорошо, — сказал он. — Мы уходим. Но вы пожалеете.

Они отступили. Симарглы дождались, пока спины последних солдат исчезнут вдали, и повернулись к Темнокрылым.