— Я — плавать, — тут же обозначил ему свою меру участия, снял ботинки и потопал в душевую.

Не ванна, конечно, но даже в горячем потоке воды было огромное удовольствие — особенно если настроить самый сильный поток и настроить лейку на острые иглы воды, чуть ли не царапающие тело.

— Дома, — уперся я головой в стену. — Теперь дома…

Никто не мешал, не стучал в дверь, не мешал петь в полный голос — красота.

«Может, остаться тут и заночевать?» «А еще — еду принесут», — проносились мысли одна приятнее другой.

Чуть приоткрыв створку, я забрал со стула комплект чистой одежды, переоделся и чувствовал себя просто прекрасно — настолько благодушно, что когда выбрался обратно в кабинет и увидел, как Гэбриэл с интересом капает из пробирки янтарным соком дерева себе на запястье левой руки, то высказался даже без слова мата.

— Не делай этого пожалуйста!!! — Крикнул, понимая, что уже не успею.

Впрочем, рука — левая, ее не так и жалко.

— О, прости, — смутился он. — Но я все равно собрался покупать весь бутылек. Слушай — это просто фантастика! — Растирал он капельку уже по двум запястьям.

Ничего страшного — современная медицина может восстановить и две руки… Стоп.

— И как, не щиплет? — Осторожно уточнил я.

— А? Нет. Но этот аромат, который ты нашел — это просто бомба. Поверь, я разбираюсь. Я-то думал, чего это ты столько бутыльков из Леса принес — вообще без каких-то свойств и уровней. Открыл — принюхался и сразу все понял. Да за такое даже не золотом по весу! Алмазами! — Расхваливал он, растирая капельку ниже шеи.

Я принюхался — а ведь действительно пахнет прилично. Я бы сказал, пахнет шикарно — и даже словами-то не подобрать. Вместо каких-то отдельных оттенков аромата, в голове собирался то жаркий полдень на пустой площади и прохладный ветерок, протягивающийся через спину. То какое-то дивное собрание фруктовых ароматов, заставляющих повернуться на серфе в сторону берега.

— Нравится?

— Да еще как! Продай, а? Я понимаю — дорого, но я соберу!

— Да бери так, — махнул я рукой.

«Видимо, токсичная часть выветрилась — и осталась только полезная».

— Не, я так не могу. — Отчего-то заупрямился Гэбриэл. — Это уже будет взятка. Слишком дорого.

— Ну отдашь тогда потом, — отмахнулся я, не желая уговаривать.

Цена не названа все равно, а «потом» — это почти как подарок.

Нет, ну аромат крепкий — даже запахи кофе и выставленной на второй половине стола еды меркли, несмотря на голод.

Аромат чистой и молодой кожи, свежескошенного сена и любви.

«Б-р, наваждение какое».

— Открой окошко, я нормально думать не могу, — признался я.