А со стороны стойки, перегораживающей зал, уже смотрел дежурный офицер — равнодушно-давяще, удерживая правую руку на поясе. И все, любое отступление — словно побег.

Но самое главное — местным сотрудникам было нормально. Ходили мимо, с бумагами и без, громко здоровались, облокачивались на стойку, чтобы что-то спросить у дежурного — и тот отвечал, не сводя с меня взгляда.

Им было даже хорошо — как хищной рыбе в темноте илистого дна. А я был тут чужим. Чужим, впрочем, я и хотел остаться.

— Придется подождать, гражданин, — кивнул мне постовой на железную скамейку. — Я узнаю, кто из детективов свободен.

На ту, что была справа — практически пустую, с одинокой старушкой на другом краю.

— Добрый вечер, мэм, — кивнул я ей и не дождался ответа.

Та, приподняв подбородок, смотрела перед собой.

Впрочем, разговор завязывать я не планировал — уселся за пару сидений от нее и прикрыл глаза.

Полиция — пятый уровень. Тюрьма, без которой не обошелся и Новый город, находилась на шестом. И где-то там прогуливал работу Томми.

Талантом я расширил область видимости до сферы в двадцать футов, захватив этаж ниже. Привыкнув к ощущениям, которые дарили перекрытия и стены — словно мелкие ветки в глаза ссыпали, боли нет, но постоянно хотелось проморгаться — рывком расширил видимое пространство на весь шестой. Чуть заломило в висках — талант-то давал картинку, это мозги сопротивлялись ее пониманию, стараясь все упростить до четырех стен и пустоты между ними. В том же Лесу было проще — пространство под небом казалось единым объемом.

«Надо привыкать».

Тюремный уровень неприятно напомнил собственный жилой — та же планировка, что у «элитного», только квартиры-комнаты поделены решетками на камеры и забиты многоуровневыми нарами. Никаких украшательств — желтые стены, серый пол и потолок в проржавевших трубах. Я не мог почувствовать талантом запахи — но ощущение сырости и плесени засело где-то в подкорке.

«Где же ты, дружище?..»

Камеры, камеры, решетки, камеры — и их обитатели. Заключенных было много — не так, чтобы битком, но две трети камер стояли заполненными. Да, в городе не было адвокатов, прокуроров, присяжных, а крупные дела — почти все — легко разбирали судьи с талантами. Но главным наказанием был штраф — а если денег нет? Значит, жди за решеткой — может, кто-то из приятелей оплатит. А если не оплатят, то отправишься отрабатывать — и где-то содержать преступника в паузах между сменами все равно нужно. Томми, в общем-то, на этом и строил свой главный бизнес — предоставлял рабочие руки из своей маленькой частной тюрьмы городу. Теперь и сам стал постояльцем — так уж обернулась судьба. Ненадолго, пока не повесят…