Германский Союз по-прежнему проигрывает войну, но уже медленно и печально. С учётом русских союзников, разобравшихся наконец-то с мобилизацией и малость утихомиривших бунтующую Польшу, получается неплохо.

Российская Империя не стала бросать все силы на Европу, но Бакланова снабдили всем необходимым, дав пополнение. Не слишком-то много, но пополнение оказалось сплошь ветеранским, так что сорокатысячная армия под предводительством старого казака, стала не то чтобы соломинкой, но весомой такой гирькой.

В решающие сражения казак по-прежнему не ввязывается, изматывая противника сложными маневрами и мастерскими засадами, понемногу откусывая от вражеских сил. По большей части русский полководец просто давит на пруссаков присутствием, нависая в стратегических местах и заставляя реагировать.

Фантастично, но Бакланов переигрывает Мольтке! Алекс сам в это не верил, но посчитав по карте передвижения войск, крепко задумался. Старый казак маневрирует настолько грамотно, что переигрывает полководцев Пруссии, создавая постоянное тактическое преимущество.

Возможно… да что там, наверняка Мольтке смог бы переиграть Бакланова стратегически! Но как тактик русский генерал оказался на голову выше, а войска под его началом, состоящие исключительно из ветеранов, превосходят сборную солянку Мольтке, топчущегося под Прагой.

Косвенно выводы Фокадана подтверждают и газеты, в которых о Бакланове пишется без особых симпатий, но неизменно уважительно. Германский Союз недолюбливает казака за чрезмерную осторожность, а по факту — за нежелание разменивать русские жизни ради немецких интересов.

Пруссаки с их Северогерманским Союзам… ну, тут всё понятно, враг есть враг. Что забавно, Бакланова во вражеских газетах ругают, но исключительно косвенно. За непривлекательную внешность, за дикарские привычки. Военных действий эта ругань не касается, скорее напротив — выказывается опасливое уважение несомненным талантам сильного и опасного противника.

Россия сосредотачивается[9], вот только как-то вбок. Наведя в Финляндии совершенно кладбищенский мир в самые короткие сроки, Александр забрал у заговорщиков земли. Ни много, ни мало, но почти половина Финляндии отошла сперва в казну, а потом щедрой рукой роздана участникам усмирения.

Землю получили только непосредственные участники карательных частей и много, по-настоящему много. Даже рядовые получали не менее пятнадцати казённых десятин[10] по принципу майората[11]. Дворяне от шестидесяти до нескольких тысяч, в зависимости от чина, знатности и заслуг.

Схожая кампания разворачивается на Кавказе, а это не равнинная Финляндии, там партизанские бои могут вестись десятилетиями, тем более с таким примером. Капитан Сергеев, к которому Фокадан обращался за консультациями, видел в этом не столько происки русской или немецкой партий, сколько желание ряда придворных нажиться на неизбежных земельных спекуляциях.