* * *
Очень специфический народ — калифорнийцы, все чаяния и надежды намоментальное обогащение, а не постепенное развитие. Характерный пример тому — отток доброй трети населения, как только золотая лихорадка пошла на убыль. Казалось бы, живи да радуйся, штат развивается и даже без золотых приисков можно успеть занять тёплые местечки — просто как основатели и первопроходцы. Но нет, старатели и авантюристы всех мастей предпочли погоню за неверной удачей.
Десять тысяч ирландцев, осевших на этой непростой земле компактно — вполне весомая сила в таких условиях. При толике везения и помощи ИРА, через несколько лет именно они и начнут контролировать значительную часть аграрного бизнеса, кормя золотоискателей, авантюристов и строителей железных дорог. Будет хоть небольшой успех у общины, так и родственники из Ирландии подтянутся, хрен потом сковырнёшь.
Конечно, некоторая часть поселенцев не удержится и сдёрнет на золотые прииски, но Алекс надеется, что таких отступников окажется немного. ИРА заключила договор с правительством штата, поселенцы обязаны освоить земли. Потом, через пять лет, землю можно бросить или продать[1], но сперва изволь-ка отработать проезд! Тем паче, от тебя требуют работать не на дядю, а собственное благополучие. На своей земле.
Женщины и дети, коих среди переселенцев большинство, не слишком-то склонны к нарушению законов, да и опаска выпасть из общины будет. Тем паче, огородничать или пасти десяток коровёнок могут и слабосилки, а вот работать в шахтах можно разве что на кого-то, за гроши. На своей земле больше заработаешь, тем более с поддержкой соседей и ИРА. Добавить сюда программу строительства школ и больниц, так должны нормально укорениться.
— О чём задумался? — Поинтересовался Патрик у стоящего на полубаке[2] Алекса. От журналиста изрядно попахивает ромом — напробовался из капитанского бочонка, алкаш однорукий…
— Всё о том же, — нехотя ответил Фокадан, плотней запахнув кожаную куртку, спасаясь от свежего ветра, — о переселенцах. За наших парней я более-менее спокоен, а эти… Понятно, что без помощи не оставим, ИРА уже работает на этом направлении, но всё едино тревожно.
— Тревожно, — неопределённо мыкнул друг, вытащив из кармана фляжку, — будешь?
— Давай, — попаданец сделал пару глотков и подумав, не стал возвращать фляжку, на что Патрик только хмыкнул тихонько.
— Попусту тревожишься, — друг довольно прищурился, пыхая ароматной сигарой из запасов капитана, с коим успел крепко задружиться, найдя общих знакомых и даже обнаружив родство в девятом колене, — всех желающих на суда посадил, устроены все — не сказать, что наилучшим образом, но по человечески. Договорённости с Борегаром есть, с Робертсом из Калифорнии, деньги от французов. Что ещё надо?!