Продавать их неправильно, из-за чего жаба немного душила, но попаданец поборол земноводное, и все книги пошли по адресатам совершенно бесплатно. Университетские библиотеки, редакции крупных газет, известным историкам, военным, политическим деятелям.
«… — труд сей страдает детскими болезнями, и требует правки у врачей. Именитые историки, политики и военные наверняка найдут, чем дополнить мой опус, и не всегда эти дополнения будут лестны для меня.
Заранее говорю, что на уточнения и правки обижаться не буду, если они будут по всем правилам науки исторической, без явственного подыгрывания какой-то стороне или персонажу.
Книги написаны немного наспех, по горячим следам. В том её недостаток и достоинство одновременно. Есть возможность внести уточнения, пока живы те, кто стал героями сих произведений…»
Сопровождающие письма, составленные нарочито старомодно, отправились с каждым экземпляром. Все написаны Фокаданом лично. Мелочь, но нешуточный показатель уважения к получателю. Пусть даже всплывёт это годы спустя.
Вопреки ожиданиям попаданца, особого шума книги не вызвали. Неприятно немного, но в Европе дела глубоко провинциального американского континента заслуженно считаются чем-то вторичным.
В КША и без того с удовольствием поддерживали любую ерунду, направленную в сторону недавнего противника. Материалов о бесчестности северян публиковалось столько, что на этом фоне книги Фокадана едва не затерялись.
Единственное, некий всплеск интереса в САСШ, но поскольку Фокадан щедро открывал тайны влиятельных людей, не обращая внимания на принадлежность к определённой партии или Клану, то СМИ просто замолчали проблему. Дескать, очередной поток фекалий от южан, ну сколько можно…
«— Обидно? Пожалуй. А ведь ожидал оваций, привык уже к успеху своих произведений. Ничего, зато можно быть уверенным, что в будущем мои «Записки о Гражданской Войне» станут если не классикой, то где-то рядом. Хотя бы как пример первого архивного детектива»
* * *
— … завершили расследование, — устало сказал жандармский ротмистр, придя лично в камеру, — нашлись кое-какие интересные факты. Словом, можете подать апелляцию на досрочное освобождение, мы вас поддержим.
— Предатель?
Ротмистр сделал каменное лицо, но потом вспомнил о дружбе попаданца с Людвигом и на лице жандарма явственно проступило:
«Всё равно Его Величество проболтается.
— Не предатель, он всё-таки не государственный чиновник и не пытался вести вербовку или разведывательную деятельность. Агент влияния[139] , если выражаться новомодным манером. Следы ведут в Пруссию, но слишком уж явно.