Денис с благодарностью кивнул.

Мы принялись за борщ. Марья Ивановна постаралась — суп получился наваристый, с мясом, жирной сметаной. А чесночные булочки… Именно то, что нужно в февральский день.

Когда с первым блюдом было покончено, Василий Фридрихович отложил ложку и вытер рот салфеткой.

— Это повод открыть игристое! — объявил он.

Денис поднял руку, останавливая его.

— Благодарю, Василий Фридрихович, но давайте перенесём празднество. После обеда мне нужно ехать в Департамент. Официальное вступление в должность, встреча со старшими сотрудниками. Разбор текущих дел… Нужно вникнуть во всё, а это требует времени. Так что сегодня просто пообедаем, а потом, как я немного освоюсь, закатим праздник, например, в «Медведе».

Мать одобрительно кивнула.

— Правильно, Денис Андреевич. Ответственность превыше всего. Тем более должность директора Департамента и правда полна рисков…

— Что ж, мудрое решение, — улыбнулся отец. — Тогда обойдёмся чаем.

Обед продолжился в воодушевлённой атмосфере. Разговоры лились свободно, перескакивая с темы на тему.

— Денис, с чем тебе придётся столкнуться в первую очередь? — поинтересовался отец.

Денис отрезал кусок телятины, задумчиво жевал.

— Огромный документооборот. Ежедневно приходят сотни бумаг — заявки на лицензии, отчёты с мест, запросы от других ведомств. Десятки текущих расследований — контрабанда артефактов через границу, подпольные мастерские, случаи незаконного использования магических предметов.

Он перечислял, загибая пальцы:

— Проблемы с контрабандой особенно серьёзные. Через западную границу идёт поток запрещённых артефактов — боевые, защитные… Наши таможенники ловят, но не всё. Нужно усилить контроль. И после скандала нужно наладить работу Департамента. Восстановить доверие как внутри структуры, так и снаружи. Сотрудники деморализованы. Люди боятся, что начнутся чистки, увольнения.

— А дело Хлебникова? — спросил я. — Как подготовка?

Денис нахмурился.

— Сложно. Хлебников отказывается давать показания, имеет право. Волков делает то же самое. Адвокаты у обоих — лучшие в столице, тянут время, оспаривают каждую улику.

— Но доказательства же есть? — уточнила мать.

— Есть. Финансовые документы, показания свидетелей, экспертизы артефактов. Обнорский собрал приличную базу. Но без признаний самих обвиняемых дело затянется. Впрочем, прокурор у нас тоже зубастый. Это будет битва титанов…

Денис отложил вилку, посмотрел на тарелку.

— Я понимаю, что мне оказана величайшая честь. Но честно признаюсь — боюсь не справиться.

Лена тихо выдохнула. Мать положила руку на стол, словно хотела дотянуться до него.