Я сложилась пополам, как от боли.

— Слушай, Тифлисов, ты вообще зверь. Закрыл меня на ключ! А если бы у меня приступ случился? Я могла умереть! — для наглядности я схватилась за живот и скривилась. Выглядит это всегда так себе, но, в конце концов, замуж за Вадика мне не выходить.

— Ты написала то, что я просил?

— Начала… — мой взгляд упал на фото Марины в бикини. — Ай… ай… живот скрутило. Пока не схожу, сам знаешь куда, писать не смогу. Дай мне десять минут.

— Прям десять?

— Вадик, не вгоняй девушку в краску. Надо быть милосерднее. Ты меня чуть не угробил.

Кажется, он действительно не подумал, что мне может стать плохо в закрытом кабинете, и теперь майора начинало мучить чувство вины. Метод был опробован еще на учителях в школе.

— Только быстро. Здесь рядом, через два номера.

— Ты что, хочешь, чтобы я смыла все возможные улики? Ну всё за вас надо самой думать! Схожу в служебный, он тоже рядом. — Я снова сморщилась и прижала ладонь к животу.

— Неужели тебя настолько не интересует, что сказал серб? — подозрительно скосил на меня взгляд Тифлисов.

Я закатила глаза.

— Даже не думай уйти от ответов. Через десять минут я буду в форме. И да, меня это очень даже интересует.

Он еще раз окинул меня взглядом, но все же кивнул.

Я выскочила в коридор, и ко мне тут же подскочили два полицейских. Но Тифлисов, выглянув следом, их остановил:

— Она сейчас вернется. Потом пропустите ко мне.

Я мчала вниз, перескакивая через ступеньку, чувствуя, как адреналин разгоняет кровь по венам. У меня было всего десять минут на встречу с Мариной — нашей «подарочной» блондинкой, которую сейчас ищут по подозрению в убийстве.

Как такое вообще возможно?

Марина, если и могла совершить преступление, то максимум — соврать тренеру в тренажерном зале, что у ребенка перенесли соревнования и она пропустит свою. Хотя, судя по ее фигуре, и в таком она замечена не была.

Я уже представляла ее раскисшей, с размазанной тушью и опухшими от слез глазами, когда мне в нос ударил резкий запах порошка и отбеливателя. Вокруг гремели большие стальные центрифуги, раскручивая белье на невероятной скорости.

Наша холеная длинноногая блондинка знала в жизни проблемы разве что в стиле: на одной неделе показ мод в Париже и распродажа брендов в Милане, а мне не разорваться. Ну и еще — как убрать коттедж, в который муж отказывается нанимать помощницу.

Мне вспомнились мои сорок квадратов и сосед дядя Гриша, заглядывающий ко мне с одним и тем же риторическим вопросом. В животе заурчало.

Как мог наш шеф оказаться в номере Марины, если к этому моменту уже должен был сидеть в своей берлоге холостяка на Ладоге? Про холостяка он, конечно, сам придумал. Ему нравилось, что хоть где-то можно забыть про пятерых жен — четырех бывших и одну нынешнюю. Теперь уже вдову.