Я убрала телефон и снова посмотрела на эту компанию с микрофонами. В их лицах было остервенелое желание сенсации. Они уже почуяли кровь, и меня не могли обмануть их улыбки и сочувствующие взгляды. Надо было что-то придумать.
— Давайте договоримся: я отвечу на пять ваших вопросов, и после этого мне нужно будет уйти.
Журналисты стали спорить, кто из них должен задать вопрос первым и задать ли вообще. А я начала думать. Мне показалось, что фикус мне подмигнул. Он верил в меня даже больше, чем я сама.
— А почему только пять? — возмутился вдруг коротышка.
Взгляд мой упал на машину Тифлисова во дворе, и я поняла, что это мой звездный час.
Приняв как можно более скорбный деловой вид, я вернула голосу строгость и честно вздохнула.
— Майор Тифлисов находится сейчас здесь инкогнито. У них уже есть подозреваемый, и сейчас здесь будет проходить следственный эксперимент. Сотрудникам нельзя при этом присутствовать, и я должна увести всех на совещание в овальный зал. Чтобы не помешать эксперименту.
Лица присутствующих озарились таким светом, что мне показалось, будто над ними включили лампочку. Хотя никаких дополнительных источников света в этом месте не было. Я прямо видела, как гордился сейчас мною фикус.
Дальше мне нужно было только подсказать с видом «я не хотела об этом говорить», что Тифлисов уже примерно на втором этаже. Ну а дальше мне оставалось только вдогонку выкрикивать:
— Стойте, ну куда же вы? Я ведь еще хотела рассказать, каким прекрасным человеком…
А впрочем, ладно, как-нибудь в другой раз. У меня было буквально минут десять, чтобы сработать на опережение и успеть выскользнуть в бухгалтерию до того, как Тифлисова заинтересует папка с договорами по сегодняшним платежам.
Глава 7. Новые обстоятельства
Я успела. Это было первое, что я себе сказала, захлопнув за собой дверь маленькой переговорной. Здесь обычно обсуждали кофе-машину и корпоративы, и сейчас она подходила идеально: тихо, глухо и без свидетелей.Папка была у меня в руках. Куницына в бухгалтерии сперва бледнела и причитала, что без Светланы сейчас не обойтись и надо вызывать из отпуска. Но я сказала, что мы должны войти в положение ее хабаровской сестры, вспомнить себя в декрете, умножить это на четыре, как в Хабаровске, и принять удар на себя. Новенькая Карина чуть не испортила мне игру, когда влезла с вопросом, откуда я знаю, как в декрете, тем более сразу в четырех, если у меня нет детей. Но я не дала закончить ей мысль, которую уже поняла, и прервала на полуслове. Куницына, оказывается, тоже уже видела новости. Поэтому даже не удивилась, когда я как бы невзначай уточнила:— Зина, а если деньги случайно отправили не на тот счет… ну, неправильному получателю, что обычно делают в такой ситуации?— Срочно звонят в банк и просят отозвать.— Ну?!— Поздно, они уже провели платеж.— А что делают в таком случае?— Пишут письмо с формулировкой «просим вернуть ошибочно перечисленные средства на наш расчетный счет». Только здесь нет ошибки бухгалтерии. Договор подписан и лежит в папке.— Пиши письмо.— Так, а договор? Он же подписан.— А договор — это чудовищное столкновение случайностей и череда роковых моментов. Пиши!