Во время подъема на пятый этаж мы молча улыбались друг другу, не зная, с чего теперь начать. Да, и у меня бывают минуты сомнений. Или, точнее, секунды.

К моменту, когда двери лифта разъехались и мы вышли на пятом этаже, в коридоре уже как бы случайно оказался почти весь офис. Кто-то вышел за водой, кто-то — «просто пройтись», кто-то — с папкой в руках, словно у него внезапно возникла необходимость получить визу прямо сейчас. Ничего нового. Думаю, в случае сбоя в новостном агентстве наша «Аврора» могла бы легко взять эту функцию на себя.

Вышел даже адвокат, Егор Валерьевич Левицкий. Лицо у него было изумленное настолько, что он даже не придумывал причины быть здесь: ни тебе папки в руках, ни чашки с водой, ничего, что могло бы дать легальную причину сейчас оказаться в коридоре. Его взгляд был цепким, и мне не нужно было никаких дополнительных сигналов после того звонка, чтобы понять: он явно был в курсе чего-то. И столь же явно сейчас было, что все пошло не по его плану.

Я скользнула по нему коротким взглядом, улыбнулась и обратилась к своим арабам.

— Прошу, — показала я на открытые двери, пропуская гостей вперед. Надо бы было кого-то еще позвать на эту встречу. Но директора по связям с общественностью я последний раз видела среди центрифуг, Куницына после утреннего перевода забилась за свою стеклянную перегородку и выходила только за успокоительным, коммерческий директор поехал в администрацию, а исполнительным была я.

— Сирена, сделай нашим дубайским гостям кофе, — громко сказала я и исчезла в комнате особо важных переговоров вслед за нашими гостями.

Овальный зал встретил нас мягким светом и тишиной, которая контрастировала с шепотом в холле у лифта. Я заняла место во главе стола автоматически. В отсутствие Романа Павловича приходилось брать управление на себя. Особенно в условиях сегодняшнего форс-мажора, грозящего наружить все устои сложившейся жизни.

— Халид бин Саид Аль-Мазруи, — представился высокий первым.

— Омар бин Рашид Аль-Харби, — добавил тот, что держал папку с проектом.

— Фахд Аль-Нуаими, — улыбнулся третий, ставя на стол коробку с финиками.

У меня в этот момент возникло ощущение, что они читают стихи на арабском. Запомнить их имена я все равно не смогла бы, поэтому снова улыбнулась и бодро добавила:

— Дарина Шторм. Рада приветствовать вас в «Аврора Девелопмент».

Тот, который представился третьим, раскрыл коробку с финиками и протянул мне:

— В знак уважения, — сказал он. — Лучшие финики. Из Аль-Айна.

— Благодарю, — кивнула я, вытягивая губы так, чтобы контур скул стал еще более подчеркнутым.