На долю секунды повисла абсолютная тишина.

— Огонь, — выдохнул я.

Росчерк светового меча.

Луч толщиной с бочку ударил в развороченную ракетами рану на шее дракона. И тут же избушка чуть качнулась вбок. Намеренно. Луч резанул наискосок. Защитный броневой пояс, несущие траверсы, толстенные пучки силовых кабелей, гидравлические магистрали, по которым текли тонны масла, — всё это превратилось в ничто. Луч прожёг центральную шею Горыныча насквозь и вышел с другой стороны, сокрушая всё на своём пути.

Монструозный вой Горыныча перекрыл даже гул его собственных турбин. Раскалённый дым захлестнул нас. Система охлаждения под бронёй дракона взвыла, пытаясь побороть тераджоули тепла. Гигантские облака перегретого пара вырвались из вентиляционных решёток и из длинной рассечины на шее. Но это никак не могло помочь Горынычу восстановить структурную целостность.

— Цель поражена, — констатировала Вайлет. — Сквозное пробитие несущей конструкции.

Центральная голова дракона, весом в добрые триста тонн, лишилась опоры. Сначала она накренилась. Медленно, неохотно. Оплавленные края раны потянулись, как густая патока. Линия разрыва побежала дальше, как трещина в земле, пронзая неповреждённую часть броневого пояса. Металл визжал так, что у меня заложило уши. Исполинская голова замерла на мгновение, а потом…

Потом голова рухнула вниз.

Удар сотряс землю так, что «Избушка» едва не подпрыгнула. Поле битвы вздрогнуло. Из разорванной шеи хлестнули, как гигантские кнуты, пучки оборванных кабелей и шлангов, заливая землю кипящим гидравлическим маслом.

Облако пыли и дыма взметнулось к небу.

— Минус одна! — хищно оскалилась Кармилла. — Получай, тварь!

Но праздновать рано.

— Движение! — крикнула Ди-Ди. — Боковые головы! Они разворачиваются!

Правая и левая головы Горыныча, изгибаясь на длинных гибких шеях, развернулись назад. Они смотрели прямо на нас. Четыре глаза-сенсора, горящих ненавистью неизвестного искина, возможно, «Демиурга». Две гигантские пасти распахнулись.

В правой разгоралось сияние лазера. Слишком близко. Никакая керамика не спасёт на такой дистанции, да у нас её и нет.

В левой клубился белый туман — криогенная пушка готовилась заморозить нас до абсолютного нуля.

Мы были зажаты в клещи. На спине разъярённого дракона.

— Они ударят одновременно! — запаниковала Лекса. — Волк, они ударят перекрёстно!

Всё правильно. Строго по моему плану. Безумному, суицидальному плану, который мог родиться только в голове человека, у которого выжгли инстинкт самосохранения.

— Уходим! — орала Лекса. — Волк, твою мать, уходим!