— Значит… я больше не бог? — усмехнулся я, чувствуя вкус крови на губах.
НЕ ПЕРЕЖИВАЙТЕ, ПОСТЕПЕННО РАБОТА ВАШИХ ЭНЕРГЕТИЧЕСКИХ КАНАЛОВ ВОССТАНОВИТСЯ… ЧЕРЕЗ ГОДИК… ДВА-ТРИ… МАКСИМУМ ЧЕРЕЗ ДВАДЦАТЬ!
Я коснулся головы. Шляпа осталась на месте. Но я больше не чувствовал её. Она снова казалась просто куском фетра.
— А с ней что?
СВЯЗЬ СО ШЛЯПОЙ… ПОЧТИ НУЛЕВАЯ… ВЕСЬ ЭТОТ БЕЗУМНЫЙ ТАНЕЦ ВЫСОКИХ ЭНЕРГИЙ… ВЫЗВАЛ ДЕКОГЕРЕНЦИЮ. КВАНТОВАЯ СВЯЗЬ СЕРЬЁЗНО НАРУШЕНА. НО Я ЗАЙМУСЬ ЭТИМ И ВСЁ ВОССТАНОВЛЮ!
— Лет за двадцать? — мрачно уточнил я.
НУ… ПРОЦЕСС СЛОЖНЫЙ… КСТАТИ, ТАМ ОХРАНА ПО КОРИДОРУ БЕЖИТ…
С трудом, но мне удалось подняться на ноги. Я отряхнул плащ, похрустел шеей и поправил шляпу. Подошёл к светящейся сфере и коснулся её живой рукой. Тёплая, чуть вибрирующая, но достаточно безопасная.
Вырвал её из магнитной ловушки, убедившись, что физическая сила никуда не делась, и затолкал в сумку на поясе. Мощный источник энергии, которым я больше не смогу воспользоваться напрямую, потому что тупо сгорю. Замечательно, великолепно.
Из коридора уже доносились голоса. Я вздохнул и покачал головой:
— Похоже, Кощей всё же сбросил меня с Олимпа обратно на грешную землю. Очень зря, я уже собирался просто убить его. Теперь, пожалуй, сообщу Сэше, чтобы готовила розовые бантики. И блёстки. Побольше блёсток.
Глава 5 Два сапога — оба левые
В сумке на поясе теперь лежало два артефакта. Гиперкуб, который на этот раз не испарился во время квантовых фокусов. И ядро, новенькое, только что созданное. Оно слегка просвечивало через сумку. Тёплое, вибрирующее и способное в любой момент превратить меня и всю планету в облачко плазмы, если временная петля вдруг решит, что ей надоело быть бесконечно замкнутой.
КАПИТАН, ФИКСИРУЮ МНОЖЕСТВЕННЫЕ БИОСИГНАТУРЫ. ЛЮДИ. ВООРУЖЕНЫ СТАНДАРТНЫМИ ЧОПОВСКИМИ «УДАВАМИ-М». УРОВЕНЬ УГРОЗЫ: МОГУТ СЛУЧАЙНО НАСТУПИТЬ ВАМ НА НОГУ.
— Блин, здесь же ещё остаточный фон не полностью погашен… — пробормотал я. — Этих придурков же облучит.
Тело ломило, как после недельного запоя, скрещенного с марафоном. Регенерация, конечно, работала, штопая мои пострадавшие клетки, но делала это с ленцой бастующего рабочего. Я прислушался к себе. Сила высшего альпа, та самая багровая ярость, всё ещё теплилась внутри, но теперь она походила не на бушующий пожар, а на чадящий костерок. Хватит, чтобы прикурить, но точно не для того, чтобы испепелять армии. Белого божественного огня не было совсем.
Бог умер. Да здравствует уставший мужик в шляпе.
Тяжело вздохнув, я направился к выходу и сразу же запер за собой тяжёлые свинцовые бронедвери. Двинулся по коридору навстречу гостям.