Они отошли. Я остался с Сереной наедине. Относительном, конечно, потому что вокруг гудела толпа гостей, а из динамиков доносилась очередная перепалка Гудвина и Ядвиги.

— Значит, сама прилетела, — тихо проговорил я.

— Сама, — упрямо повторила она.

Серена была красива. По-настоящему, той красотой, которая нравилась мне всегда. Без тонн косметики, без хищной агрессии, но с характером, который она показывала только тогда, когда её загоняли в угол. И сейчас она стояла передо мной, гордая и смущённая одновременно, не зная, куда деть руки и глаза.

— Ты тогда покинул Акватику так резко, — сказала она, наконец набравшись смелости. — Такой переполох стоял с этим штормовым предупреждением, с угоном города. Ты и твоя команда взяли баржу в заложники и исчезли в джунглях, а по новостям крутили репортажи о теракте. Я перепугалась, но… ты сказал, что обвинения ложные и что тебе пришлось так действовать.

— Так и есть, — кивнул я. — Если бы мы остались, всё могло закончиться гораздо хуже. И для тебя в том числе.

Она кивнула. Медленно, понимающе.

— Я знаю. Я смотрела все новости потом. Про трёх Волотов, про «Мухолёты». Про «Змея Горыныча», про Цверга, про корпорацию, про летающую тарелку. Папа до сих пор в шоке от того, что ты теперь фактически диктатор планетарного масштаба. Говорит, лучше бы я тогда вцепилась в тебя зубами и не отпускала.

— Не думаю, что зубы помогли бы, — я невольно усмехнулся. — У меня уже есть особа, которая активно использует клыки. Конкуренция была бы жёсткой.

Серена улыбнулась. Нежно и немного застенчиво. В этой улыбке таилось что-то такое, от чего у мужчины просыпается желание защищать и покорять одновременно.

— Я не могла не прилететь, Волк, — призналась она. — Я увидела новости о помолвке… о восьмерых невестах… и поняла, что если сейчас не скажу тебе хотя бы пару слов, то потом будет поздно. Я не прошу тебя ни о чём. Просто хочу, чтобы ты знал: та встреча на Акватике… она для меня многое значила.

Я смотрел на неё и думал о том, что судьба — та ещё шутница. У меня через несколько минут свадьба с восемью невестами. А передо мной стоит девушка, которая могла бы стать девятой. Та, что не постеснялась прилететь через океан, чтобы сказать мне пару слов и вручить подарок.

— Серена, — сказал я. — Останься на церемонию.

— Волк, я…

— Останься. Как гость. Я настаиваю. Фуршет будет грандиозный, Гудвин обещал не портить праздник, хоть и бухтит постоянно. Шушундрики притащили фейерверки, и я уверен, что это кончится пожаром. Миша будет петь караоке.

— О, господи… — она прикрыла улыбку рукой.