Утром народ вышел на палубу. Большинство здесь впервые. Люди разглядывают берег, дома, обнесённый забором армейский гарнизон. А если смотреть на восток, то даже отсюда видны среди болот первые поросшие растительностью сопки. Они все тёмные, мрачные, даже если залиты солнечным светом.
— Товарищ прапорщик, — обращается к Акиму снайпер Верёвко. Ему лет двадцать, не больше. — А вы ведь бывали в этих местах раньше?
— Бывал как-то, — отвечает Аким. Больше ему о том говорить не хочется, но Верёвко не отстаёт:
— Ваш товарищ, Денис Калмыков, рассказывал, что тут, за Енисеем, на Талой все растения чёрные.
«Балабол этот Денис Калмыков».
И к их разговору начинают прислушиваться и другие казаки, что стоят рядом.
— Лиловые они, — произносит прапорщик чуть лениво. Он курит, тут на палубе жарко, и общаться совсем не хочется.
— А ещё говорил, что тут налима навалом, — продолжает снайпер.
— Ну, раз он говорит… — отвечает Саблин и стреляет окурком за борт. На том разговор заканчивается. Прапорщик спускается в трюм.
И в двенадцать дня морская баржа у Туруханских причалов так и не появилась, а капитан того корыта, на котором они сюда пришли, дизеля выключил: топливо у него, видите ли, стало кончаться. Соответственно, ни света, ни кондиционеров, ни воды на судне не было. И стало в трюме как в духовке: темно и страшно жарко. И тогда сотник, с большой неохотой, согласился отпустить личный состав на берег, перед этим строго наказав командирам взводов:
— Следите за подчинёнными, чтобы никакой водки. Коммуникаторы никому не отключать.
Ну, с коммуникаторами всё понятно, но попробуй тут уследи за подчинёнными, если прямо за пирсами — кабаки с хорошими кондиционерами и душевыми. И таких заведений вдоль берега десяток. Десяток, но Акиму нужно одно. Он с казаками из своего взвода спустился с баржи на причал и сказал Каштенкову:
— Пригляди за людьми, я отлучусь на полчаса.
Ясное дело, Саня стал интересоваться:
— А ты куда?
— Да нужно тут…
Он пошёл по пирсам, и даже обернулся один раз: нет ли за ним кого из его сотни. И увидал, что за ним идёт… кажется, это был тот самый Верёвко. Аким остановился, дождался его и спросил:
— Вы почему взвод оставили?
— Товарищ прапорщик, разрешите обратиться… По личному… — заявляет ему вдруг молодой казак.
— Разрешаю.
— Я поговорить с вами хотел… — тут он замялся.
— На предмет? — Аким торопился: ну, что там у тебя?
— Я хотел вас спросить насчёт ваших рейдов… Может, вам нужен будет снайпер там? Ну… если нужен… — говорит молодой казак.
— В болоте нет дистанций и нет целей для снайперского огня, — сухо отвечает Саблин. — Там больше нужен был бы пулемётчик. И вообще, я в рейды пока не собираюсь…