— Ну откуда же мне их всех знать, — пожимает Панов плечами. — Стройных и высоких женщин и на севере, и на островах хватает, это распространённый генный стандарт, — он описывает как раз ту женщину, что вспомнил прапорщик. — По-мужски, по-женски целеустремлённую…
— Ага, точно она, — соглашается Саблин. — Злобная и упертая.
Аким вышел из прохлады на жару, как раз самое пекло наступало.
— Красивая, но неприятная в общении блондинка, — продолжает Панов идя за ним. — Они похожи друг на друга. Это стандартизированные эмиссары для специальных миссий. И одна из таких носила фамилию Панова?
— Так точно.
— Нет, — Олег смеётся, — я рождён стандартной процедурой, без запланированных улучшений.
Люди с пирсов попрятались, и Аким шёл по набережной едва не в одиночестве.
«Значит, высокое качество генов и общая надёжность биологии».
Он никогда об этом особо не думал, просто с молодых ногтей в болоте, жарковато бывало, конечно… бывало. Но он терпел, как терпели и все станичники. Ну а куда деться-то? Если только в тень рогоза прятаться? Ну а какой смысл тогда днём в болото идти, раз прятаться нужно, а не рыбу добывать. И нет… никаким особенным он не был. Были казаки в станице ничем не хуже него насчёт выдержки и крепости.
С этим мыслями он и добрался до своей баржи. А там казаки в тени борта присели прямо на пирсе, болтают, и Саня ему сообщил:
— Нашей баржи морской ещё нет, и когда будет — никто не знает. Капитан топливо бережёт, в трюме сидеть вообще невозможно, так что Короткович разрешил гулять дальше.
Гулять дальше? Ну что же, он решил дойти до дома Тамары Кошкиной. Поглядеть на него.
— Аким, может, я с тобой? — попросился Каштенков.
— Сань, ну а взвод с кем? — отвечал ему Саблин.
Саня на это ничего не сказал.
А дом был и вправду хорош. Два этажа, два ветряка, свежая краска-серебрянка. Всё новое, хорошее. Сразу видно, люди живут зажиточные. Но долго он глазеть на дом не хотел — зачем привлекать внимание? Когда нужно будет, тогда приедет познакомиться с хозяйкой. И он вернулся к барже.
Уже к четырём часам дня пришла радиограмма, что выделенное для них судно сломалось в пути и не придёт. И тогда сотник Короткович решил взять деньги из казны сотни и продолжить путь. И к пяти часам на пирсе появилась цистерна-заправка, а потом и цистерна с питьевой водой. И ещё не было шести, как дизеля на барже снова были запущены. Заработали кондиционеры, и утомлённые жарой люди стали спускаться в тёмное чрево баржи.
— Командир, ну что, куда теперь? — спрашивали у него казаки, когда он вернулся в расположение своего подразделения.