— Завтра отведу его в госпиталь, перед интернатом… — обещает Саблин. Он собирался это сделать. Без справки из госпиталя всё равно парня не возьмут в интернат. — Там его проверят как следует.
— В госпитале денег попросят, — замечает ему супруга. И опять в её голосе упрёк.
— Да и Бог с ними, с деньгами, — отвечает Саблин без всякого сожаления. — Я заработал малость. Думаю, хватит.
— Ты где хоть его взял-то? — не выдерживает супруга. Видно, что любопытство берёт над нею верх.
— Может, покормишь сначала?
— Я спать его на кухне положу, — предупреждает Настя и уходит из душа. Наконец.
— Ну… хорошо, — на кухне так на кухне. Он знал, что если не сказать ей про интернат, то разговоров будет до утра. И разговоры те будут и с волнениями, и с упрёками, а может даже, и со слезами.
«Вот и ещё один рапорт нужно будет сочинять! Сегодня же. Рапорт номер три… Или даже номер один. Многовато у меня всякого руководства».
И это было ещё не всё. Чуть позже ему позвонил… конечно, Сашка. От Кулькова узнал, что казаки вернулись из рейда. И Акиму пришлось ему кое-что рассказать. Он не любил говорить по телефону, но тут пришлось… Минут десять рассказывал заму, как сходил. И хорошо, что по телефону, а то Саня по простоте своей завалился бы в гости на ночь глядя. А потом ещё и Олег вернулся с гулянки, и нет бы спросить у отца как он сходил, где был, рассказать, как дела в хозяйстве, так он сразу:
— Бать, а что ты за парня-то привёз? Он к нам навсегда?
Ну и, конечно же, жена. Она вся красивая, причёсанная, улеглась с ним, но вместо того чтобы мужа целовать, она обращается к нему ему строго, почти зло:
— Так, Аким, давай поговорим серьёзно, без этих твоих шутеек и отговорок.
Ой, бестолковая женщина. Всё бы ей болтать, всё бы выспрашивать. И тогда Аким отвечает ей:
— Там в ранце у меня подарок для тебя.
— Подарок? — только что злая была, а тут сразу злость и отлегла. — Какой ещё?
— Иди смотри.
Пошла, разве она поленится за подарком сходить? Принесла тот комбинезон, что он ей в Преображенской купил. Сидит, смотрит на мужа с упрёком и молчит.
— Чего ты? Недовольна, что ли?
— Да куда я в таком пойду? Это же для девок незамужних!
— Брось ты это. В таких вон все медички из госпиталя ходят, — говорит ей муж. — Ходят — не стесняются.
— Так то городские! — восклицает жена и начинает разворачивать вещь, приглядываться к ней. И причитать: — О Господи! Срамота же!
— Зря ты… — замечает ей муж. — Хорошая вещь, красивая. Как раз к тем сапогам, что лежат у тебя уже годы и ты их не надеваешь.
— Ой, Аким, — сомневается жена и всё вертит комбинезон в руках, — была бы ещё хоть молодая.