— А теперь давай-ка сделаем из тебя нечто приличное, — процедил он, и последнее слово прозвучало как яд.
Его руки вцепились в края ее доспеха, пытаясь разорвать шнуровку на груди. Корсаж из прочной кожи ската не поддавался. Оскалив зубы, человек выхватил нож, висевший на поясе — серебряное лезвие зловеще блеснуло в полумраке. Селесту будто окатило холодной водой. Она вскрикнула и ударила его ногой, заставив отпрыгнуть. Он сплюнул, выкрикивая что-то на непонятном языке. Его лицо налилось кровью, казалось, он вот-вот взорвется от ярости. Селеста попыталась ударить снова, но мужчина перехватил ее за лодыжку и рванул на себя. Ее спина с глухим стуком ударилась о холодный каменный пол, выбивая дух из легких. Он навалился сверху, прижал ее плечи к полу, полностью лишая возможности двигаться. Рыдания вырвались из ее груди, пока она беспомощно извивалась под ним. Но он не остановился. Он опустил нож к шнуровке доспеха и резким движением начал разрезать ее. Слезы катились по лицу Селесты — она смотрела, как последняя частица ее дома разлетается на куски. Борьба оставила ее, она обмякла и лежала неподвижно, пока он заканчивал с корсажем. Он снял металлические браслеты с ее запястий и отступил назад.
— Одевайся, — бросил он, кивком ножа указывая на кучу человеческой одежды в углу.
Когда она не пошевелилась, он схватил ее за руку и швырнул в ту сторону.
— Тебе повезло, что я порядочный человек, — усмехнулся он. — Мог бы запереть тебя и так. Держу пари, такая дамочка, как ты, не любит раздавать это за бесплатно, а?
Руки Селесты дрожали, когда она потянулась к куче грязной одежды. Она не имела ни малейшего представления, что из этого ей нужно. Она подняла какой-то кусок ткани — длинную трубу с двумя отверстиями. Почему она такая длинная? Люди явно предпочитали носить на себе как можно больше материи. Впрочем, учитывая, как сильно она замерзла, это было вполне понятно.
Наконец, она нашла рубашку, напоминавшую ту, что носил принц: белую, просторную, со шнуровкой на груди. Она натянула ее через голову и продела руки в рукава. Но даже с этим дополнительным слоем холод не отступал. Может, стоит взять что-то еще? Она вспомнила черный плащ принца, доходивший до самых колен. Тот, что попался ей, был черным, с грязными латунными пуговицами и странным узором на правой стороне груди. Она прижала его к себе, проводя пальцами по сложной вышивке: длинные извивающиеся щупальца кальмара, сжимающие нечто, похожее на звезду с четырьмя длинными лучами. Она продела руки в рукава и почти сразу почувствовала, как тепло разливается по телу.